— А ну не подходи, сказала, — в запале выкрикнула я и запустила в него первым, что попалось мне под руку. Ведун оказался с хорошей реакцией. Разжав пальцы, он с интересом глянул на то, что в него прилетело, а я покраснела от кончиков волос до самих пяток.
У него в руках оказались мои панталончики. Розовенькие, коротенькие, отделанные кружевами.
— Неожиданно, — мечтательно изрек профессор Академии Боевого Искусства, — но очень приятно. Пожалуй, я оставлю вас, милые дамы. Пока мне хватит и этого трофея, я буду засыпать с ними на подушке.
Покрутив в воздухе мои панталоны, он поднес их к лицу и сделал глубокий вдох. От возмущения меня аж затрясло.
— А ну верни мое белье, — выпалила я. — Извращенец!
— Ну-ну, радость моя рыженькая, извращенец — это когда мужские труханы нюхают, а я ценитель прекрасной дамы.
Зыркнув глазами в мою сторону, этот нахал улыбнулся во все тридцать два зуба и аккуратно засунул мои панталончики в карман штанов.
— Рад был с вами пообщаться, девушки, но мне пора.
Подмигнув мне на прощанье, ведун, наконец, убрался из нашей палатки, захватив с собой в качестве трофея мои розовые панталончики. Переглянувшись, мы с Рояной не сговариваясь, сделали большие глаза и расхохотались в голос. Вот тебе и серьезный профессор! Чистокровный ведун!
— Ну и пошляк, — пропищала сквозь смех Рояна. — Ты где такого подцепить успела? Как он тебя назвал — «радость моя рыжая». Подумай только, он твои панталоны уволок.
Утерев большим пальцем выступившие от смеха слезы на глазах, я пожаловалась подруге.
— Он мне в таверне такой шлепок по попе отвесил. А потом на лошади сюда вез, а я и не признала его в капюшоне. Так он меня поцеловать исхитрился. Слушай, а что он с моими панталонами делать-то будет?
— Носить! — Рояна снова захохотала — А ты знаешь, что он целитель и профессор боевой магии. Типа солидный мужчина. Когда сюда вечером тебя с повозки спящую принес, такой серьезный был и сосредоточенный. Если бы сама не увидела, что он тут только что вытворял, в жизнь бы не поверила что он такой извращенец и захватчик чужих панталончиков.
Некоторое время нашу палатку сотрясал дружный девичий смех, который резко прервал жуткий грохот снаружи.
— О, кого-то уронили! — четко подметила Рояна и высунула свой любопытный нос наружу. — Ты посмотри-ка, неужто туалет обустраивают. Знаешь, Малика, я думаю, эту практику мы все запомним на всю жизнь, ибо такого туалета в моей жизни больше не будет никогда.
