От волнения в голове путались мысли, а колени предательски дрожали и только сердечко вопило от радости. Я выхожу замуж! Я — вечная пессимистка, сирота, подавальщица и пожизненная неудачница — Малика лу Сионе — выхожу замуж за самого замечательного, смелого, красивого, умного и заботливого мужчину на свете. И он любит меня вот такую, какая есть. А может и правда я недооценила себя, может, хватит роптать на жизнь и ныть без повода, а смелее и веселее смотреть на неудачи.
Жрец в белом чуть помятом балахоне соединил наши с Жеаном руки над алтарем и запел.
Моя душа затряслась от волнения. Сейчас я стану замужней девушкой. Все это было так … Так неожиданно и так желанно.
Жрец что-то бубнил, и я услышала уверенное «да» от Жеана. Переведя взгляд на меня, мужчины ждали моего ответа, а я даже пропустила момент, когда зачитывались клятвы. Смутившись и подобравшись, я пропищала — «да».
Моё запястье обдало легкой болью и по коже расползлось ритуальное брачное плетение. Сложный узор оплел запястье и захватил большой палец.
— Это руна верности, как я и обещал, — шепнул Жеан, — я всегда буду только твоим, Малика. Любить только тебя, желать только тебя и так до самой смерти. А ты будешь любить меня столь же сильно?
— Я думаю, что не стоит даже начинать кого-то любить и заикаться об этом чувстве, если ты не ставишь перед собой единственную цель — сделать эту любовь истинной и вечной.
— Молодец! Моя девочка! — похвалил меня муж
Подхватив меня на руки, он быстро устремился на выход из храма.
Нам вдогонку раздался громкий вопль моей свекрови:
— Куда? Жеан, ты куда?
— Милая, — услышала я приглушенный голос старшего ведуна. — Он спешит стребовать исполнение супружеского долга.
— Ааа, — протянула Милава, — ну тогда понятно.
Ухватив Жеана за шею, я попыталась сползти с его рук, но в ответ меня подкинули в воздухе и крепче перехватили.
— Жеан, — шепнула я.
— Я выполнил твое требование: к алтарю ты пришла чистой, — отозвался он охрипшим голосом. — А вот теперь я возьму свое и с процентами.
Я никогда не видела, чтобы двуколка летела с такой скоростью. Хорошо, что в ночное время дороги пустовали, а то точно бы кого наши лошади затоптали. Остановившись у большого коттеджа на окраине столицы в весьма приличном районе, Жеан снова поднял меня на руки и устремился вперед.
Дверь. Лестница. Удивленное лицо заспанной пожилой женщины с колпаком на голове. Снова дверь, кровать и довольный ведун, стягивающий рубашку.
