— Жеан, я прошу, — выдохнула я, — не делай этого,
— Не делать чего, Малика? Этого? — подушечкой большого пальца он обвел мой сосок, вызывая пожар внизу живота. Не справившись с нахлынувшим удовольствием, я застонала, становясь влажной между ног.
— Пожалуйста, — взмолилась я
— «Пожалуйста, любимый, продолжай» — ты ведь это хотела сказать, Малика, — выдохнул осевшим чуть грубоватым голосом он мне на ушко. — Скажи мне это. Попроси взять тебя.
— Нет, — простонав, я закачала головой.
— Нет, — мужские губы поймали мою мочку уха, — а я ведь даже не начал тебя соблазнять.
Ты не устоишь, прелесть моя. Скажи «да»
Я замотала головой, кусая губы. Так волнительно хорошо мне еще никогда не было. Мужские пальцы сжали сосок и потерли его. Застонав, я выгнулась дугой. Жеан, прижав меня к себе сильнее, толкнулся. Его плоть скользнула меж моих сомкнутых бедер. Уткнувшись затылком в крепкое мужское плечо, я ловила ртом воздух.
— Какая ты отзывчивая, — выдохнул ведун. — Совершенство! Моё совершенство.
— Не надо, Жеан, — взмолилась я.
— Не делай этого.
Я повернула голову и тут же оказалась в плену черных подернутых дымкой страсти шальных глаз.
— Почему нет, Малика? — рука на моей шее сжалась. В его глазах плескалось столько желания, что у меня перехватило дыхание. — Назови хотя бы одну причину.
Облизнув нижнюю губу, я умоляюще посмотрела на мужчину.
— Я хочу прийти к мужу чистой, — шепнула я.
— Ты уже к нему пришла, — склонившись, Жеан мягко коснулся моих губ своими. Он двигался медленно, возбуждающе неторопливо.
Его рука оставила в покое мою грудь и скользнула обратно вниз по моему животу. Не успела я облегчено выдохнуть ему в губы, как неугомонные мужские пальцы коснулись складочек между моих ног.
Испугано распахнув глаза, я снова встретилась с пристальным взглядом черных очей. Жеан водил указательным пальцем по моему женскому естеству, следя за моей реакцией.
Я сглотнула и пугливо зажмурилась, боясь желаний собственного тела.
— Невинное дитя, — шепнул ведун мне в губы, — я не выпущу тебя невинной из этой постели.
Ты уже пришла к нужному мужчине, и я не стану ждать какого-то обряда, чтобы взять то, что и так считаю своим.
Перевернув меня на спину одним рывком, мужчина навис, подавляя. Его нога скользнула между моими ножками, раздвигая их.
— Посмотри на меня, Малика, — властно приказал он, — я хочу видеть твои глаза цвета бескрайней водной глади.
Жалобно всхлипнув, я трусливо отвернулась.
— Малика, — его голос стал тверже, — посмотри на меня.
