— Посиди пожалуйста минуту, — с этими словами он проходит в центр кабинета, туда, где стоят шкафы с бумагами и открыв один из них присаживается на корточки, чтобы выудить оттуда аптечку.
А я и не догадывалась о её существовании тут. Думала, все принадлежности хранятся в ящике общей кухни. Любопытно, это он её сюда притащил или в каждом кабинете стоит?
— Я сломала ноготь, а не руку. Или ты решил накапать мне успокоительного? Так я на маникюр схожу и все пройдет, — откровенно забавляюсь, пока Ветров неумолимо надвигается на меня с прозрачным чемоданчиком.
Сижу, не бежать же мне от него, роняя косы. А он улыбается искренне, вовсе не формально. Поставив аптечку на стол и выудив оттуда перекись, вату и пластыри, а из ящика своего стола пачку влажных салфеток. Да тут целый хирургический кабинет!
Отлепив пластырь, сует мне в руки салфетки, я же послушно вытираю руки, качая головой, но не спорю. Потому что помню — это бесполезно! Если Ветров что-то решил, он это сделает. Так же было с тем спором.
— Вот из-за чего, ты оказывается, взбесилась — ноготь! А я-то думал, ревнуешь, — он садится передо мной на корточки и улыбается своей знакомой лучезарной мальчишеской улыбкой.
И сложно не улыбнуться в ответ.
— Я никогда не ревновала тебя, Макар. Я тебе верила, — говорю, потому что это правда.
Он вдруг смотрит на меня тем своим особенным взглядом, вмиг посерьезнев:
— Арина, дай мне шанс.
— Макар, — я беру в ладони его лицо, — никогда. Я лучше умру, чем допущу это.
Глава 13
Практически неделю события, которыми я могу похвастаться — это поиск макулатуры и несколько встреч по контракту.
Заказчики сократили сроки и несмотря на мою переработку, я сильно не успеваю. Потому приходиться задерживаться на работе на час дольше обычного. Дома вопросов по этому поводу не возникает, потому что Артем с головой ушел в мир драконов."
"Ветров после нашего последнего хлесткого разговора больше попыток поговорить не предпринимал, чему я действительно очень рада. Мы поставили точку и в нашей истории запятая просто невозможна.
Вот только сам он стал более задумчивым, серьезным и погруженным в себя. Все чаще ловлю на себе его внимательный взгляд, будто он присматривается ко мне, наблюдает, сравнивает со мной прежней. С той девушкой из своих воспоминаний.
Скорее всего я перекладываю на него свои собственные раздумья, ведь невозможно не сравнивать «прежнего» и «нынешнего» Ветрова. А временами мне кажется, будто его что-то гложет. Но меня это никак не касается.
