Выпуклые завитушки делали его похожим на перевернутый скрипичный ключ, а тонкая обводка расходилась узкими лучами по всей крышке. Приподняв ее, осторожно заглянула внутрь. Надо же, очередной ключ. Маленький, витой, он напоминал изображенный на шкатулке знак, и сам просился в руки. Я достала его из гнезда, металл удобно лег в ладонь, и показался удивительно теплым, как будто пролежал пару часов рядом с батареей.
— Миледи, лорд Давенпорт сказали, что вам нужно пообедать и отдохнуть, — пискнула за моей спиной Присси.
Я вздрогнула и сжала ключ в кулаке.
— Позже, — коротко ответила служанке, и направила кресло к расчищенному пятачку.
— Миледи, а лорд Хольм сильно ушибся? — спросила Роза.
Она поставила на полку очередную деревянную безделушку и опустила руки, глядя на меня с жадным любопытством. Я буквально чувствовала, как ее маленькие глазки шарят по моему лицу, пытаясь отыскать там ответ на какой-то вопрос.
— У лорда Хольма сложный перелом, поэтому до утра он останется в особняке. Присси, скажи кухарке, чтобы приготовила гостю бульон и что-нибудь легкое на ужин.
— А на обед?
— Вряд ли лорд Хольм захочет обедать.
Я вспомнила, каким оставила Лукаса, и почувствовала, как тревожно сжалось сердце. Сумеет ли Давенпорт помочь оборотню? И как узнать, что за артефакт виновен в произошедшем? Вон тут сколько хлама!
— Слушаюсь, миледи, — откликнулась Присси, и моментально испарилась из комнаты.
Удивительная девушка. Готова куда угодно сбежать, лишь бы быть подальше от меня. Неужели все еще боится? Интересно, а как она относилась к прежней Белле?
Я посмотрела на служанок и задумалась.
Может, попробовать вывести их на разговор? Когда еще выдастся такой подходящий момент?
— Роза, а ты давно служишь в доме?
Я постаралась говорить тихо и благожелательно, опасаясь спугнуть суеверную служанку.
— Так почитай уже двадцать лет.
— Значит, ты помнишь то время, когда тетя привезла меня из Эрголя?"
"— А то, миледи! Как сейчас вижу: к дому подъезжает карета, из нее выходит леди Летиция, а следом за ней — няня Бэнси с вами на руках.
Вы уже тогда настоящей красавицей были: светленькая, глазки яркие, как драгоценные камни, щечки нежные, розовенькие. Правда, улыбаться совсем не умели. Уж как слуги вас развеселить пытались, чего только не придумывали, а вы только смотрели на всех, и молчали. И взгляд у вас такой был… Взрослый совсем.
Роза воодушевилась, ее дряблые щеки покраснели.
— Долго вы, миледи, не разговаривали. Годика два почти.
