«Ты, Фима, деньги-то дома не храни, — советовала она во время одного из разговоров по скайпу. — А то однажды эта бандитка тебя ножичком пырнет, выгребет все подчистую, да и сбежит». Тетя Фима тогда молча закрыла ноутбук и больше никогда не общалась с моей бабкой, а я дала себе слово, что вырасту и докажу всем, что плохая наследственность ничего не значит. А еще я пообещала, что получу самое лучшее образование, и тетя Фима обязательно сможет мною гордиться. Именно это обещание заставило меня окончить школу с золотой медалью и поступить в университет на бюджет.
И оно же давало мне силы учиться и работать одновременно, хоть это и оказалось очень нелегко. До сих пор помню, как спала по пять часов в сутки, и ела на ходу, чтобы все успеть.
— Белла, ты меня слушаешь? — вклинился в мои размышления голос Давенпорта.
— Что? Да, конечно. Значит, мои родители были магами. А я? У меня есть какой-нибудь дар?
Я затаила дыхание, в ожидании ответа.
— Нет, — коротко ответил опекун, даже не пытаясь подсластить горькую пилюлю.
— Твой уровень магии слишком мал, чтобы всерьез говорить о даре.
— Значит, пустышка, — тихо пробормотала я.
Давенпорт промолчал. И это молчание оказалось удивительно обидным. Нет, я все понимала, и ни на что не рассчитывала, но в душе все равно жила крохотная надежда, что у меня есть магия, и я сумею ею воспользоваться. А теперь выходит, что надеяться можно только на себя. Впрочем, как и всегда.
— Поверь, Белла, наличие сильной магии не делает человека счастливым, — тихо произнес Давенпорт.
— Скорее, наоборот. Большинство магов — одиночки, не способные на сильные привязанности и чувства. И редко кому из нас удается создать нормальную семью.
Он обернулся, и я увидела, как по его губам скользнула грустная улыбка.
— Нет, Изабелла, тебе не нужна магия. Без нее намного проще.
— А почему я называла леди Летицию тетей? Если она — тетка моего отца, то мне должна была приходиться бабушкой?
Когда я была маленькой, тетя Фима часто рассказывала о нашей с ней общей родословной, с удовольствием посвящая меня в тонкости семейных связей.
А я слушала ее, выспрашивала значение непонятных слов и запоминала, кто кому приходится деверем или золовкой, и почему я должна называть бабушкой некую Ариадну Аркадьевну, в то время как сама числюсь ее двоюродной внучатой племянницей.
— Так хотела сама леди Летиция, — ответил Давенпорт.
Он мельком взглянул на циферблат и поморщился.
— К сожалению, мне уже пора.
