Я искоса посмотрела на Хольма и наткнулась на внимательный, настороженный взгляд. Казалось, оборотень пытается понять, что у меня на уме.
— О, а вот и он, — посмотрев на двери гостиной, воскликнула Эвелин, и я увидела вошедшего в комнату мужчину.
С нашей последней встречи он нисколько не изменился. Та же суровая внешность, те же черные колдовские глаза, та же аура власти.
— Дорогой, ты помнишь леди Изабеллу?
Эвелин улыбнулась мужу, и тот едва заметно улыбнулся в ответ, но его посветлевшие глаза сказали все, что глава полиции и хотел бы, но не мог скрыть.
То, как он смотрел на жену, как она смотрела на него, какая незримая связь ощущалась между нежной, похожей на хрупкий цветок Эвелин, и ее суровым на вид мужем, заставляло признать, что эти двое удивительно подходят друг другу. Мне даже по-хорошему завидно стало. И взгляд сам собой переместился на Лукаса. Интересно, кого он найдет себе в пару? Сердце неприятно заныло. Ишь, благостный какой. Развалился вальяжно, словно он у себя дома, а не в гостях. Хотя, судя по тому, что я успела увидеть, Хольм тут, похоже, завсегдатай.
— Эрик, ты долго, — протянул Лукас, поднимаясь и заключая друга в объятия.
— Все благодаря твоему бесценному Давенпорту, — хмыкнул Каллеман. — Вцепился, как клещ. Леди Бернстоф,— мне достался короткий поклон, и глава полиции повернулся к жене. — Эви, позвони лорду Броуну, он снова все напутал с поставками, — сказал он, бросив на стол кожаную папку.
— Я так и знала, — покачала головой Эвелин. — Лорд Броун — хуже ребенка, ничего нельзя доверить.
Наверное, наш Андер в свои пять и то лучше разобрался бы в бумагах.
Она усмехнулась и направилась к стоящему на небольшом столике переговорному устройству, а я посмотрела на то, как плавно она двигается, как красиво облегает ее талию пышное голубое платье, обвела глазами изящную, уютную гостиную, и поймала себя на мысли, что в доме Каллеманов удивительно легко дышится. Не знаю, в чем тут было дело. То ли в хозяйке, то ли в самой атмосфере старинного имения, то ли в благожелательных улыбках слуг и в ощущении счастья, заполняющего все вокруг.
— Значит, Рэн был в управлении? — вырвал меня из размышлений голос Хольма.
Оборотень вернулся на свое место, а Каллеман расположился напротив, на диване.
— Да, — хозяин дома достал из кармана портсигар и зажигалку и положил их на небольшой инкрустированный столик. — Давенпорт рвет и мечет, требует найти леди Бернстоф.
— А что же безопасники? Почему он не подключил своих?
— Нортон отказал.
