С одной стороны, это хорошо, случайные путники не забредут, но с другой, если Лукас не вернется, выбраться отсюда будет сложно.
«Вы мне доверяете, леди Бернстоф?» — всплыл в голове недавний вопрос Хольма, и я задумалась. Сейчас моя жизнь напрямую зависела от Лукаса. Чем обернется помощь оборотня? Каков его собственный интерес? И что мне делать? Прятаться? Но так проблему не решить. Возвращаться в особняк опасно, но где еще искать ответы на бесконечные вопросы о семье Изабеллы? О моей семье.
Я закрыла окно и медленно пошла вдоль стены, разглядывая внутреннее убранство избушки.
Небольшой деревянный стол, пара стульев, грубо сколоченный сундук, в углу — бадья с водой. Рядом с ней пристроился рукомойник, на стене над ним тускло отсвечивает зеркало. Я заглянула в его мутные глубины и тихо хмыкнула. Ну и пугало.
В считанные минуты умылась, пригладила влажными руками волосы, и продолжила осмотр дома.
В шкафу обнаружилась стазисная коробка с продуктами. Хлеб, копченое мясо, пара кружков колбасы, головка сыра — Лукас оказался запасливым.
С голоду не умру.
Поясницу прострелило болью, но я только поморщилась, и двинулась дальше. В углублении за печкой нашелся закопченный чайник, а на полке рядом с ним — заварка и сахар в жестяных банках.
Есть не хотелось, а вот от чая я бы не отказалась. С уходом Лукаса меня снова начало знобить, и я никак не могла согреться. Видимо, нервы разыгрались.
Я подкинула в топку пару поленьев, набрала в чайник воды и поставила его на печь. А потом нашла железную кружку, насыпала в нее заварки, и спустя несколько минут уже пила обжигающий, отдающий дымом костра чай, и продолжала анализировать произошедшее.
***
Лукас вернулся, когда за окнами окончательно стемнело. Появился посреди комнаты прямо из воздуха и шагнул к столу, поставив на него большой баул.
— Ну что?
Я подалась вперед, глядя в осунувшееся лицо оборотня.
— Как в Баркли?
— Полно полиции. Пансион оцеплен, мне не удалось пробраться внутрь и забрать ваши вещи.
— Давенпорт там?
— Да.
— Вы с ним говорили?
— Не рискнул, — ответил Хольм.
— Слишком много чужих ушей.
По лицу Лукаса скользнула тень. Он провел рукой по лбу, словно пытаясь убрать какую-то надоедливую мысль, и криво усмехнулся.
— Но зато я принес вам одежду, — поочередно вытаскивая из баула платье, чулки и расшитую кружевом сорочку, бодро сказал оборотень. — Можете переодеться.
Хольм подвинул ко мне вещи, подтянул ногой стул и развалился на нем, словно приготовился наблюдать за бесплатным стриптизом.
