— Так о чем вы хотели поговорить? — оказавшись в комнате и указав гостю на кресло, спросила я.
— О вашем недавнем визите в департамент полиции.
Каллеман сел и достал из кармана серебряный портсигар. Правда, курить не стал.
— И что конкретно вас интересует?
Я наблюдала, как глава полиции постукивает по украшенной гравировкой крышке пальцами.
— Леди Бернстоф, мои люди составили отчет об осмотре вашего особняка, — после короткой паузы сказал Каллеман. — И у меня возникли некоторые вопросы.
Вы позволите еще раз осмотреть комнату, в которой подверглись нападению неизвестного?
Глава полиции не отрывал от меня взгляда, продолжая постукивать по крышке портсигара.
— Но ведь ваши люди решили, что никакого нападения не было? Как и следов удушения на моей шее. Кстати, а вы сами их видели?
— Нет, леди Бернстоф. Следов я не видел.
— Понятно.
Что ж, значит, этот тоже считает меня сумасшедшей или просто лгуньей.
— Тогда зачем вы пришли? Если полагаете, что я все придумала…
— Я этого не говорил.
Каллеман убрал портсигар в карман и закинул ногу на ногу, глядя на меня пристальным взглядом, от которого хотелось поежиться. Но я только выше вскинула голову и распрямила плечи.
— Следов на вашей шее действительно не было, а вот ускользающий шлейф магии я заметил, — пояснил Каллеман.
— И что это за магия?
Я настороженно уставилась в удивительно черные глаза.
— Пока не знаю, — глава полиции задумчиво почесал бровь. — Раньше мне не доводилось сталкиваться с подобной.
Скорее всего, кто-то применил заклятие уничтожения, убирающее все следы.
— Но ведь я собственными глазами видела на шее багровые синяки.
— Вы — да. Но для остальных они оказались неразличимы.
Вот значит как. Получается, ни Присси, ни Давенпорт действительно ничего не видели?
— Выходит, на меня напал какой-то маг?
— Судя по всему.
— Но как он проник в дом? Лорд Давенпорт сказал, что тут стоит сильная защита, которую невозможно преодолеть.
— Вот и мне интересно, как? — задумчиво сказал Каллеман и чуть подался вперед. — Вы позволите осмотреть место происшествия?
— Конечно. Только, боюсь, прошло слишком много времени, вряд ли вы что-то найдете.
— Посмотрим, — поднимаясь, коротко ответил Каллеман, и я пригляделась к нему внимательнее.
Высокий, широкоплечий, с выправкой, изобличающей военное прошлое, лицо не то чтобы красивое, скорее, интересное. Такое настоящее, мужское.
