Чокнутый, больной ублюдок, возомнивший себя богом!
Смеяться резко расхотелось. Грег сел прямее и убрал руку от лица.
— А если я откажусь? — спросил прямо.
На что старик тяжело вздохнул и развел руками в воздухе.
— Тогда, Грегори, я буду вынужден вас заставить.
Глава 42
— Нет, ты серьезно? — Элинор уперла руки в бока и запрокинула голову к небу, пытаясь погасить в себе вспышку гнева. Правда, из-за палящего теперь в лицо солнца пришлось зажмуриться. Желание приложить горе-напарницу чем-нибудь тяжелым было сильно как никогда.
— Ну, а что? — оскорбилась топчущаяся рядом Инесса. — Я пошла с тобой? Пошла. А для меня как для целителя быть на кладбище вообще невыносимо.
Ну-ну. Что-то, когда она поперлась за ними на погост той едва не ставшей роковой ночью, ее ничего не смущало.
Эль скрипнула зубами и наконец посмотрела на Лоуфорд. Та ответила невинным морганием. Зырк-зырк, а я что, я ничего… Р-р-р!
— Ты пошла со мной, потому что тебе приказал твой дядюшка, — припечатала Элинор.
На что Инни издевательски закатила глаза.
— Во-первых, не приказал, а попросил…
— А во-вторых, это твоя работа! — уже не сдерживаясь, рыкнула Эль.
Вот же репей-паразит, пользующийся своим родством с начальством.
Однако если прежде Вэйд спокойно отпускал Элинор работать на кладбище в одиночестве, то на сей раз строго-настрого запретил появляться там без белого мага. Слишком большой общественный резонанс вызвали смерть Мэйв и ее будущие похороны. Так что теперь шаг вправо, шаг влево, одна ошибка — и вспыхнет пламя народного недовольства.
Все должно быть по правилам, тщательно проверено и перепроверено. А если правила гласят, что любое применение черной магии должно происходить под присмотром кого-то из белых, то так тому и быть. Неужели Лоуфорд и правда не понимает?
— Ты должна была узнать у Ферда, где планируется разместить могилу. Магистрат переложил эту ответственность на сыск, — продолжила возмущаться Эль. — Ты разве не слышала? Вэйд говорил все это нам обеим!
Теперь нижняя губка Инессы обиженно дернулась.
Она нервно вскинула руки и скрестила их на груди, принимая закрытую позу. Оскорбленная невинность, глядите-ка.
Элинор выдохнула и устало провела ладонью по лицу. Вот что с ней делать? Не бить же на самом деле?
— Давай сначала, — попробовала начать с чистого листа. — Ты ходила сегодня утром к Ферду, как обещала?
Обиженная Инесса, теперь подставляющая лицо солнцу, как Эль несколько минут назад, чуть наклонила голову и приоткрыла один глаз.
