— Болезнь, которую нельзя было вылечить магией? — предположила Элинор.
— В точку. — Грег размахнулся и швырнул подобранную гальку в море.
Зараза, и как только у него получается? Камешек снова проделал целую дорожку кругов, прежде чем затонул довольно далеко от берега. Эль взяла откровенная зависть.
— …Она умирала. Он знал. Отсрочивал неизбежное. Покупал ей снадобья почти на все свое жалование. — Элинор мгновенно забыла про «блинчики» на воде и тяжело сглотнула, предчувствуя, что продолжение ей не понравится.
— А потом денег стало не хватать. И он начал воровать.
— Ты… — Она не сразу нашла слова. — Ты знал?
Следующий камень.
— Откуда б? Я ж этот… светило, — его голос прозвучал издевательски. — Был… Не до складских запасов. И не до зеленых новичков, хотя сам-то отработал на тот момент всего пару лет, но уже имел признание и приличную должность.
Тэйт замолчал и так же, как она недавно, закопался ладонью в камни.
— И? — подтолкнула Элинор, когда молчание затянулось.
— И один из коллег поймал его с поличным и, точь-в-точь как ты сегодня, заявился в общую комнату отдыха и обвинил в воровстве при всех.
Эль закусила губу.
— Но ведь воровство…
— Дерьмовое дело, не спорю, — удивительно легко согласился Тэйт и на сей раз, не целясь, швырнул в воду целую жменю камней. Вода заколыхалась.
— И что было дальше?
Грегори невесело усмехнулся.
— Ничего. Парень не вынес позора и убил себя.
— А… — Элинор показалось, что сердце поднялось вверх и застряло где-то под горлом.
— А его мать?
— Когда я сообразил, что надо к ней сходить и принести лекарств, она уже умерла. Их похоронили в один день. Конец истории.
Эль зажмурилась до рези в глазах.
— Мэйв, она… — Почему-то даже язык слушался плохо.
От вечно язвительного вредины Тэйта она ждала чего угодно, но только не такой поучительной истории.
— Мэйв не такая чувствительная, — усмехнулся он, вдруг толкнув ее в плечо своим. — К тому же ее уже поймали, и она исправляет ошибки.
Он замолчал. У Элинор тоже не нашлось слов.
Поколебавшись пару секунд, она просто положила голову Тэйту на плечо и прикрыла глаза. Сделалось как-то необъяснимо легче.
— Считаешь меня несдержанным ребенком? — спросила, не открывая глаз.
Грег загадочно хмыкнул, его плечо под ее щекой дернулось.
— Что? — Эль недовольно приоткрыла один глаз.
— Дурная, но вполне половозрелая. Это я тебе как бывший целитель говорю, — выдал этот невыносимый тип.
