Хостес встречает прямо на входе. «Тихая гавань» давно не обслуживает обычных клиентов: расценки здесь такие, что отпугивают обывателей, которым хочется просто отдохнуть на берегу реки. А поскольку посторонние люди сюда забредают редко, то в этом место как-то негласно стали собираться самые сливки города. Еще один повод для Лютого тут не бывать. Он терпеть не мог все эти напыщенные сборища и старался обходить рестораны вроде «Тихой гавани» стороной. Но не сегодня.
Девушка приветственно улыбается и, когда Лютый говорит, кто ему нужен, без промедления провожает через зал на открытую веранду, построенную прямо на воде.
— Рад видеть, — с улыбкой приветствует Серов, поднимаясь со своего места и протягивая руку. За время, прошедшее с их последней встречи, он практически не изменился. Все такой же: полностью седые волосы причесаны назад, коротко стриженая щетина покрывает щеки, только подчеркивая худое лицо с острыми чертами. Из-за этого он выглядит хищной птицей.
Лютый сжимает ладонь крепче, чем нужно, обводит взглядом охрану за спиной мужчины, и Серов понимает без слов.
— Парни, оставьте нас, — обернувшись к ним, приказывает он охране и поворачивается назад, — Поверь, в оружии нужды нет. Мы встретились просто поговорить. Ведь так? — он смотрит на него пытливым внимательным взглядом и жестом предлагает сесть.
— Посмотрим, к чему приведет наш разговор, — уклончиво отвечает Лютый, прямо глядя в блеклые светло-зеленые глаза.
Он кивком головы дает понять Палому, чтобы тот отошел дальше, и занимает кресло напротив давнего врага.
Прохор Валерьевич Серов отошел от дел давно. Еще когда сам Лютый только начинал свою деятельность. Но «отошел» — это громко сказано. Скорее, сложил всю работу на своего племянника, но полностью хватку не ослабил, зорко следил за происходящим и вмешивался, когда считал нужным. С момента знакомства, уже больше десяти лет назад, когда они не поделили сферы влияния, и началась… нет, скорее не вражда, а скрытое противостояние. На общих сборах они всегда конфликтовали, причем неважно, насколько серьезным был повод.
Город негласно поделили на части, за которыми следил каждый человек в их немаленькой и не очень легальной группе. В своей области ты мог вести бизнес, творить все, что угодно, но не забывая о законе. Проблемы с властью никому были не нужны. Тогда-то Лютый и влез в ту часть, что ему никак не принадлежала. Зачем? Скорее гордость сыграла, молодая горячая кровь. Кто смеет ему указывать, как поступать? Но было и еще кое-что.
