Я молчала, повторяя про себя, что необходимо оставаться спокойной.
— Ладно, — бросила наконец бабища, а потом приблизила свое лицо к моему, обдавая запахом несвежего дыхания. — Но имей в виду — если к концу недели у меня не появится двадцать золотых… Пеняй на себя.
Ничего себе у нее аппетиты! Интересно, какой курс у золотого был бы относительно доллара?
— Я хочу увидеть детей.
— Ой! То «не поеду», то «хочу увидеть», ты уж определись, дурища! Мозгов, как у курицы! Смотри, кто ж тебе запрещает, — хмыкнула бабища.
— Или ты дорожку забыла к родному кварталу? Что, невесте дракона уже не по чину знать, где расположены «Сладкие грезы»?
«Сладкие грезы», значит. Отлично. Теперь я знаю название места, где эта бабища держит детей.
Уже больше, чем ничего.
Может, если я покопаюсь в памяти Элис, смогу добыть еще полезных сведений?"
"«Спаси их! Пожалуйста, спаси!» — прозвучал внутри испуганный крик.
Да чтоб его. Никакой пользы, сплошное наматывание соплей на кулак.
— Не грусти, — похлопала меня по щеке бабища ладонью-лопатой.
— Готовься к церемонии, а твои щенки пока побудут у меня. В надежных руках. Двадцать золотых — не забывай. Я же люблю тебя, дуреху, как дочь! Добра тебе хочу! А ты уж меня-то отблагодари! Я-то ради тебя в лепешку расшиблась, чтобы тебя лорду Мэлори представить! Потому что добра желаю!
Добра, значит. Мило.
Я смотрела на то, как бабища с ее огромной тушей громоздится в карету, и прокручивала в голове варианты действий.
Затем развернулась и вошла в дом, задумчиво прикусив губу.
Что мы имеем? Я знаю, где дети, — это плюс. Не знаю, как их вытащить и что делать дальше, — это минус.
Хорошо бы побольше разузнать о вот этом милом узоре на моем запястье. Просто красивая картинка — или что-то большее? Сможет ли дракон благодаря этому меня найти? Но тогда выходит, что свою истинную он нашел бы сам, а Элис, как я поняла, вынуждена была обивать пороги его дома, лишь бы женить на себе. Зачем, кстати? Из-за денег? Должно быть. Что творилось в голове у бедняжки, мне было сложно понять, я-то всегда предпочитала рассчитывать только на себя и ни у кого ничего не просить.
И — мысль была глупой, — вдруг этот лорд Мэлори не так уж плох? Если я правильно поняла ситуацию, Элис свалилась на него как снег на голову. Пожалуй, я бы на его месте тоже не обрадовалась.
Тряхнув головой, я прошла дальше в дом и огляделась. Столовая, кажется, справа, я могла рассмотреть край накрытого белой скатертью стола.
Заглянув внутрь, я остановилась.
