– А может, лучше начать одеваться полегкомысленнее, чтобы, так сказать, слиться с окружением? – Она ухмыльнулась, а я нахмурилась еще больше.
– Ненавижу тебя. Отныне зарекаюсь ходить с тобой на подобные сомнительные мероприятия.
– Вовсе ты меня не ненавидишь. Обнимашки-и? – Я наклонилась к ней и слегка приобняла, но тут снова вспомнила про ее недавнее предательство."
"– Как ты могла дать ему мой номер телефона? Мы же с тобой практически ничего не знаем об этом парне, Мел. Или ты хочешь, чтобы в один прекрасный день меня прикончили в каком-нибудь темном переулке и бросили мое бездыханное тело в мусорный контейнер?
– Ну, подобное вряд ли может случиться с девушкой, которая закончила так много курсов самообороны.
Я вздохнула и осуждающе покачала головой, но очаровательная улыбка подруги обезоружила меня. Никогда не могла долго злиться на нее.
– Ну же, Брук, давно пора начать новую жизнь, – прошептала Мел, словно читая мои мысли. – Только представь, новая совершенная Брук, которая сейчас даже лучше прежней и готова время от времени заводить романы с мужчинами.
Тебе же это не мешало во время твоей спортивной карьеры?
Перед глазами у меня промелькнул образ обнаженного Ремингтона, и это было настолько возбуждающе, что я принялась ерзать на сиденье, а потом сердито уставилась в окно, потряхивая головой. Ощущения, невольно возникавшие при одной мысли о нем, приводили меня в неистовство. Я вся горела, словно в лихорадке.
Вообще-то я не так уж против того, чтобы вступать с кем-то в сексуальные отношения, но это непременно повлечет за собой всяческие сложности, а в тот момент я вовсе не чувствовала себя морально и эмоционально готовой снова погружаться в это.
Я все еще не оправилась после своего рокового падения и еще только нащупывала путь к новой жизни и карьере. На YouTube до сих пор висит ролик под названием «Думас: ее жизнь закончена!», снятый каким-то любителем во время отборочных соревнований перед моими первыми Олимпийскими играми и некоторое время назад получивший множество просмотров – как, впрочем, и другие сюжеты со страдающими, униженными людьми.
Ролик увековечил как раз тот момент, когда моя жизнь разлетелась на осколки, и теперь кто угодно мог пересматривать его бессчетное количество раз, злорадствуя. Там запечатлена каждая секунда – как у меня сводит четырехглавую мышцу бедра, как я спотыкаюсь, как рвется передняя крестообразная связка и мое колено подгибается.
Этот милый видеосюжет длится более четырех минут.
