– Вот почему много говорила, отрава ведь действует не сразу. Я должна была спокойно уехать, удовлетворенная беседой, и умереть ночью во сне. Только я выпила лишь ложечку и поэтому осталась жива. Меня, правда, временами теперь тошнит, голова кружится, и ноги подкашиваются.
– Врача!!! – заорал Дегтярев, хватая телефон. – Срочно! «Скорую»!! Реанимацию!!! Нарколога!!!
Пришлось объяснить полковнику его ошибку:
– Ты путаешь специалистов. Я не страдаю алкогольной или лекарственной зависимостью, тут нужен токсиколог.
Полковник замер, а потом заголосил пуще прежнего:
– Серпентолога!!!
Я закатила глаза.
Вот уж специалист по змеям здесь совсем ни при чем. Но лучше не спорить с толстяком, тот по непонятной причине впал в истерику.
Эпилог
Ивану Федосееву удалось перебраться в отдел к Александру Михайловичу. Как и планировалось, журналисты узнали о раскрытом им – им! – деле. Иван, абсолютно не стесняясь, раздавал интервью, рассказывал о своих озарениях. Ясное дело, обо мне, сделавшей львиную часть работы, он и словом не обмолвился.
Вина Юлии Корольковой была доказана, и женщина отбывает заслуженное наказание. На зону отправилась и Алина Волынкина, до самого конца пытавшаяся свалить вину на Розалию-Ларису.
Судью неприятно поразила личность последней. Лариса являлась вроде бы жертвой, ею, словно куклой, вертели другие, более умные, хитрые и патологически жадные люди. Но подобным образом ситуация выглядела лишь на первый взгляд, на второй она смотрелась иначе – Лариса ведь согласилась участвовать в аферах! Будь она честным человеком, сразу сказала бы Юле: «Ни за какие коврижки не пойду с Сергеем в ЗАГС».
И потом, шахматы, из-за которых разгорелся весь сыр-бор, изначально принадлежали матери Юли. Какое право на них имела Лариса? Кстати, на вопрос о том, где находится доска и оставшиеся фигурки, Лариса, не моргнув глазом, ответила:
– Все продано, ничего не осталось.
Но у меня сложилось иное мнение: думаю, она врет. Лариса тщательно спрятала сокровище, она хочет воспользоваться им, выйдя на свободу.
В последнее мгновение сердце судьи дрогнуло, и Лариса получила не такой уж большой срок за свои художества. Отбывать наказание она будет на зоне, только теперь у женщины есть человек, который станет о ней заботиться. Берта Густавовна ни на секунду не верит в виновность любимой ученицы и готова слать той посылки, приезжать к ней на свидания и ждать ее возвращения домой.
Елена Николаевна Пацюк отделалась выговором и вынуждена была уйти на пенсию.