Я помотала головой:
– Не жду ребенка, просто здесь душно.
– Из десятой квартиры Оля тоже так говорила, – вдруг усмехнулась бабушка, – а теперь сразу двоих в колясочке возит.
– У меня не тот возраст, – поддержала я разговор.
– Сейчас и в семьдесят родить можно, – махнула рукой лифтерша, – только кто младенца воспитывать станет? Ладно молодые безголовые, те ни о чем не думают, но взрослым бабам неплохо ум иметь. Зачем тебе Галина? Не ври больше про родство, никаких племянниц у Родионовой не имелось.
Оттягивая ответ, я открыла сумочку и стала искать упаковку бумажных носовых платков.
Под руку, как назло, попадались ненужные в данный момент мелочи: ключи, пудреница, расческа, потом я увидела фотографию со свадьбы Розалии. Сначала я удивилась, как здесь оказался снимок, а затем сообразила: в тот день, когда мы с дочерью Зинаиды, Алиной, заходили в квартиру Майковых, у меня был с собой именно этот ридикюльчик, он изумительно подходит к бело-синим мокасинам, а те, в свою очередь, отлично сочетаются с голубой кофтой с вышитыми собачками.
Сегодня я обулась в симпатичные туфельки и машинально прихватила нужную сумочку.
– Откуда фотография? – резко спросила лифтерша.
– На ней мои родственники, – соврала я. Ну не рассказывать же незнакомой и, очевидно, плохо воспитанной, бесцеремонно любопытной старухе о всех перипетиях.
– Здравствуй, внученька, давно ты к любимой бабуле не заглядывала, – вдруг звонко рассмеялась собеседница.
Я с недоумением воззрилась на консьержку:
– Извините…
– Не тушуйся, – продолжала веселиться лифтерша.
– Если на снимке твоя родня, то кем я тебе прихожусь? А? Не узнала разве?
Изуродованный артритом палец показал на тетку в нелепом бордовом платье.
– Это я, – голосом ведьмы из мультфильма пояснила старуха.
– Не может быть!
– Посмотри внимательно, – закивала консьержка. – Я в тот день прическу сделала, накрутилась, начесалась, перья распустила, клюв помадой намазала.
– И правда, – боясь снова впасть в полуобморочное состояние, прошептала я.
– Так вы знакомы с Розалией? Очень прошу, помогите. Мне необходимо встретиться с Галиной Николаевной, нужно отыскать Ларису. Похоже, она попала в ужасное положение, может…
– Галина умерла, – после небольшой паузы ответила лифтерша. – Тебя как зовут?
– Даша. Васильева.
– А я, – по-птичьи склонила голову набок старуха, – Берта Густавовна, но все зовут меня просто Берта, отчество сложное, спотыкаться не хотят. И Лариса умерла.