Господин Вильдермар не зря получал своё жалованье: едва было отменено решение суда, основанному на поддельной долговой расписке, Вильгельм прямо в зале суда подписал заранее составленную дарственную на моё имя в качестве свадебного подарка. Так что охотничий домик со всеми прилегающими территориями снова стал моим.
Естественно, Ойген во время заседаний старался изо всех сил настроить судей против меня, в том числе обвиняя в краже расписок. Однако его быстро заткнули, напомнив, на какую сумму штрафов за оскорбление баронессы Вербер-Вангер он уже «накричал», но ещё больше должен будет заплатить барону Эренбаху и графу Ландерсу, опорочив их добрые имена своими гнусными подделками.
Это передо мной и родственниками Ойген плакался, что разорён, а на самом деле при обыске нашли несколько тайников с дорогими украшениями и драгоценными камнями высшей пробы. Большую часть из всех схронов получила семья Вайлет в качестве компенсации за моральный ущерб и доведение Линды до сумасшествия.
Любовница Ойгена спокойно перенесла потерю уже второго по счёту ребёнка, а вот осознание, что осталась ни с чем, окончательно лишило разума.
Рухнули все мечты о выгодном замужестве, блистании при дворе и так горячо любимых ею балах. Не знаю, в какое именно заведение поместил сестру барон Вайлет, но краем слуха слышала, что оттуда не возвращаются. Но мне кажется, что, избавившись от Линды, её брат, наконец-то, выдохнул с облегчением. Слишком уж дорого ему обходились её причуды, пусть он и немало поимел с Майеров во всей этой истории.
"
"Я немного была удивлена, что от имени Вильгельма господин Вильдермар подал прошение о выделении из оставшихся сбережений барона Майера приданого Эрсель, Айталь и Лойзе, а их матери «вдовьей доли». Но как выяснилось, это было условие, поставленное младшей из сестёр в обмен на письмо, в котором Его Величество настаивал на браке со мной Ойгена. Со всеми этими бесконечными заседаниями пришлось задержаться в столице до конца января. Зато, когда все формальности были окончательно улажены, домой мы возвращались уже «с подарком».
Эпилог
Я смотрела на торчащий из множественных складок пледа крохотный носик барона Майера. Даже не верится, что прошло столько лет – словно всё было вчера. Нет больше тех Майеров, что причинили так много горя не только семье настоящей Кристины, но и моей, теперь эту фамилию носят мои внуки от Софи и отчасти от Эль. Уступка, на которую нам с Вильгельмом пришлось пойти, чтобы избежать козней короля.