На всякий случай я заблокировала обе двери стульями, чтобы никто не смог войти в спальню, а кочергу пристроила возле кровати. Вроде и защита какая-никакая, а лишний раз и её применять страшно. Ойгену ничего не стоит объявить меня сумасшедшей и социально опасной, отослав в какой-нибудь «Дом скорби» или тот же монастырь, в котором меня продержат в живых ровно до того момента, пока не появится наследник. Понять бы ещё, кому он ребёнка заделал. Если той же Линде, то она знает, как решить проблему, а даже если родит, то Ойген просто признает отцовство, а аннулированный брак с ней всё равно не создаст тех проблем, какие юридически возникли у Софи.
Ту же дело в отказе от прав, а зачатие произошло во после заключённого брака. Или нет?
Если учесть, как стремилась Линда к тому, чтобы ничто не омрачило день её бракосочетания с Ойгеном, сомневаюсь, что она второй раз наступила бы на эти грабли в виде беременности.
Хотя... Я присела на край кровати, массируя занывшие от боли виски. Если вспомнить тот подслушанный разговор между Доротеей и Ойгеном, посчитать сроки... В голове набатом зазвучало «Пару-тройку месяцев не показывать ребёнка, и прекрасно всё совпадёт по срокам...» Учитывая, древние методы диагностики, немного ошибиться по срокам легко, если не знать точную дату зачатия, да и некоторые нюансы. Вот и получается, что Линда вышла бы замуж, будучи примерно на третьем-четвёртом месяце.
С её любовью к узким платьям, действительно «катастрофа». А если эти двое действительно до свадьбы поразвлекались, то...
Достроить свои версии я не успела, услышав какой-то шум в коридоре, а затем визг незнакомой мне женщины. Скандал явно нарастал несмотря на все уговоры Ойгена. Чтобы мой бывший муж, да пытался урезонить кого-то, кроме своих сестёр – это нонсенс! Тихонько прокравшись к двери, я отодвинула стул и выглянула в коридор, оказавшись случайной свидетельницей не только безобразной сцены, но и получив ответы на часть моих вопросов.
Глава 78. Дом, ""милый"" дом
Прямо в паре метров от меня какая-то бледная и осунувшаяся молодая женщина, облачённая в домашнее платье, больше похожее на халат, размахивала руками, аки ветряная мельница лопастями.
