* * *София Шарлотта показала ей письмо, которое получила от курфюрста Палатина.
Ему известно, писал курфюрст, что Каролину готовит к принятию католической веры отец Орбан. Но святой отец несколько разочарован сопротивлением, какое оказывает девушка. У него создается впечатление, что она больше спорит, чем слушает его доводы. Курфюрст Палатина знает, что Каролина – необыкновенно образованная молодая женщина, и отчасти поэтому они озабочены ее браком с эрцгерцогом. Но в Австрии считают, что она немного упряма.
Если София Шарлотта как опекунша Каролины убедит ее, что ей сделано блестящее предложение, и поможет молодой особе понять, какие преимущества она получит, став католичкой, то курфюрст Палатина уверен, что Ее Высочество принцесса Ансбаха найдет разумным быстрее завершить дело.
– А это мой ответ, – сказала София Шарлотта, показывая свое письмо Каролине.
Королева Пруссии благодарит курфюрста Палатина за письмо, но она твердо убеждена, что вопрос выбора религии так же, как и брака, относится к тем, которые надо позволить каждому решать самостоятельно.
И она не предпримет никаких попыток убедить Ее Высочество принцессу Ансбаха сделать свой выбор. Это должно полностью оставаться в ее воле.
– Это правда, любимейшее мое дитя, – сказала София Шарлотта. – Выбор должен быть за тобой.
* * *Курфюрстина София тоже поговорила с Каролиной. Она заклинала ее принять мудрое решение. Сама София всегда считала, что католики слишком фанатичны, и слышала горестные истории о том, как преследуют протестантов в Испании.
Конечно, пожилая женщина считала вслед за дочерью, что Каролина сама должна сделать выбор. Но бывают случаи, когда нужно хорошенько подумать и посоветоваться, прежде чем принимать решение."
"– Испания – великая страна. Большая честь быть ее королевой, но, разумеется, это не сравнимо с честью стать королевой Англии. А Англии нужна королева-протестантка. Я всегда знала это и верю, что англичане правы.
Курфюрстина София очень расстраивалась из-за того, что не могла прямо сказать Каролине о своем желании видеть ее невестой своего внука. Ведь предварительно она должна была поговорить с сыном, отцом жениха.
И тогда она решила, что ей надо без промедления вернуться в Ганновер, дабы обсудить это дело с Георгом Людвигом. Старая дама полагала, что она легко убедит сына, поскольку Георга Людвига абсолютно не интересовала судьба наследника.
