– До свидания, моя любимейшая дочь. Пиши мне чаще. Ты же знаешь, что значат для меня твои письма.
– И ваши для меня, мама. Позвольте мне знать все, что происходит в Ганновере.
– До свидания, Каролина, дорогая моя девочка. Я буду скучать без тебя. Думаю, мне, наверно, придется послать кого-нибудь из Ганновера, чтобы украсть тебя и привезти ко мне.
Каролина просияла от удовольствия. Она никогда полностью не забывала ужаса Саксонии, хотя сейчас трудно было бы даже сравнивать ее положение с судьбой никому не нужного ребенка, вынужденного прятаться из страха, что его заметят.
София Шарлотта тоже пришла в восторг.
– Ты произвела на маму прекрасное впечатление! – воскликнула она, когда они смотрели вслед удалявшейся кавалькаде. – А это бывает крайне редко. – София Шарлотта положила руку на руку Каролины. – Но не надейся, что я позволю ей украсть тебя. Никому не удастся этого сделать.
Взгляд Софии Шарлотты с беспокойством остановился на сыне, который вместе со всеми пришел попрощаться с уезжавшими гостями.
Он выглядел почти дружелюбно. Но мать знала причину его хорошего настроения: он радовался отъезду бабушки.
Фридрих Вильгельм вернулся из Ганновера таким же отталкивающим, каким и уезжал туда.
«Может быть, брак исправит его?» – думала София Шарлотта, обманывая себя.
* * *После отъезда курфюрстины Софии жизнь в Люценбурге потекла как и прежде, и София Шарлотта пыталась забыть неприятную тему, касавшуюся брака Каролины."
"К этому времени курфюрст стал королем Пруссии и благодаря этому важному титулу мог потворствовать своей любви к церемониям еще больше, чем раньше.
Втайне Каролина тоже любила участвовать в парадных торжествах и находила огромное удовольствие в том, чтобы одеваться в сверкающие туалеты и появляться на государственных банкетах. Она никогда не говорила об этом, потому что боялась разочаровать Софию Шарлотту такими пристрастиями.
Дни проходили очень приятно, и время летело незаметно. Каролине скоро должно было исполниться двадцать лет.
Предполагалось, что если сейчас не найти ей жениха, то она уже никогда не выйдет замуж. Но с другой стороны, разве она не ждала, когда кронпринц Пруссии достигнет нужного для брака возраста?
Каролину очень тревожили подобные разговоры, и она выслушивала их с тяжелым сердцем. Всякий раз, думая о браке, она вспоминала несчастное замужество матери и определенно не хотела менять свое нынешнее положение.
