Через несколько лет она и в самом деле может стать старухой, если они будут продолжать скитаться по грязным углам.
Она пригладила рукой волосы. Они были великолепны! Волосы делали ее очень красивой. Но даже если не брать их в расчет, она была достаточно привлекательной женщиной, гораздо лучше многих. У нее были очень выразительные глаза, точеные черты, приятная улыбка. Она была стройная, но не худая.
Женщина дорожила своей привлекательностью как полезным оружием в борьбе за место в жизни.
Дома в Норфолке все ожидали, что старшая дочь сэра Хобарта сделает хорошую партию, и полагали, что она удачно вышла замуж.
Сын графа Суффолка считался вполне достойным и обеспеченным женихом. Правда, Генри был только третьим сыном и еще до свадьбы опозорил себя, почему ему, собственно говоря, и позволили жениться на дочери норфолкского баронета. И разумеется, Хобартам не сказали, что жених – пьяница, безнравственный человек с агрессивным характером, порой склонный к насилию. Задолго до свадьбы он растратил свою долю состояния, поэтому Генриетта Хобарт с приданым в шесть тысяч фунтов показалась ему вполне удачной невестой.
Генриетта скоро поняла, что сделала ошибку. Ей часто хотелось вернуться в дом отца в Норфолке, сидеть с сестрами под яблоней или в розовом саду и обсуждать мужчин, за которых они выйдут замуж. Мирный помещичий дом в последние годы не раз казался ей самым желанным приютом на свете.
Но Генриетта была неглупой женщиной и не мечтала о невозможном. В браке она разочаровалась, но необязательно считать это катастрофой.
К счастью, Бог благословил ее красотой, покладистым характером и, хотя не блестящим, но рассудительным умом.
Это она предложила мужу поехать в Ганновер, где собиралась каким-то образом попасть ко двору. Если ей удастся выполнить свой план, она найдет приют для себя, а может, и для Генри. И если обретет пристанище, то самое лучшее – спокойно оставаться в нем, быть надежно защищенной от житейских бурь и готовиться, когда придет время, к отплытию в Англию с новой королевой.
Ждать осталось, видимо, недолго. Анна то и дело бывала при смерти, однако каким-то чудом выздоравливала. Абигайл Хилл, леди Мэшем, вытеснив из фавориток герцогиню Мальборо, как дракон, стерегла королеву."
"«Но какая безвкусная особа, эта леди Мэшем!» – подумала Генриетта. Она сама тоже мечтала привлечь к себе внимание королевы Анны, тогда бы она постаралась завоевать расположение Ее Величества.
Но двери Сент-Джеймсского дворца были для Генриетты закрыты.
