– Именно так, – ответила бабуля, сдержанно кивнув.
– Пусть покажет акт о назначении опекуна! – не унимался Бельмон. – Это гнусная ложь! Потому что моя сестра…
– Ваша сестра больше не имеет никаких прав в этом доме, – холодно перебила его бабуля. – Так что настоятельно рекомендую сменить тон."
"– Ну разве не подозрительно?! – Бельмон кинулся к стражникам, заискивающе заглядывая им в глаза. – Я был женихом графини, – тяжело дышал мужчина, которого хотелось пнуть под дряблый зад. – Моя, пусть и не родная по крови, сестра сама предложила заключить этот брак.
А потом ни с того ни с сего прислала письмо, в котором обозначено, что она в беде. Я приехал сюда и вижу вместо нее вот эту… даму! – ткнул он пальцем в сторону бабули, глаза которой недовольно прищурились. – Ее охватило слабоумие! Есть заключение лекаря! Я лично его видел! – махал он своими короткими руками. – Но нам сейчас говорят, что Оленсия больше не является опекуном, а ее место заняла… эта... внезапно вылечившаяся! – выплюнул мужчина, кривя свое и без того безобразное лицо.
– Не заняла, – едва не рыча, произнесла я, – а вернула его по праву!
– Но она слабоумная! – взревел Бельмон.
«Сам ты слабоумный, дерьма кусок!»
– Здесь пахнет нарушением закона! – подвывал лживый мерзавец, чуть ли не пуская слезу. – Они… Они что-то сделали с Оленсией! Уверяю вас!
Стражники хмурились, а я теряла терпение, понимая, что обстановка накаляется.
«Не дай боги Льюис проснется и попадет в этот кошмар. Не нужно ребенку принимать участие в подобном».
– Господа! – презренный червь упал на колени перед стражниками. – Вы блюстители закона! Рука справедливости! Защита народа! Прошу, помогите! – Бельмон склонил голову, соединяя ладони в молельном жесте.
Сердце и без того колотилось, словно сумасшедшее, но сейчас, когда глаза стражника встретились с моими, я поняла – просто так он не уйдет.
– Прошу прощения, что потревожили, – буквально на секунду мужчина склонил голову, а затем продолжил. – На осмотре дома настаивать мы не будем…
– Что? – взвыл Бельмон.
– Но как же так? Как же так?! – продолжая стоять на коленях, он раскачивался из стороны в сторону, словно душевнобольной.
– Но настоятельно рекомендую предъявить акт о назначении опекуна, чтобы избежать недоразумений.
«Вот же дерьмо!» – выругалась я, ведь никакого акта у нас не было.
– Если все хорошо и такой документ действительно имеется, то мы принесем свои извинения за беспокойство и покинем ваше имение, – продолжил стражник.
