«Успокаиваться, значит, меня тогда увели! Две гадины! Не думайте! Мое успокоение вам будет только сниться!»
– Нам удалось выяснить, – я повыше задрала подбородок, стараясь вести себя сдержанно, как подобает девушке моего уровня, – что мою бабушку намеренно травили, поэтому она и стала… такой.
– Травили? – нахмурился мужчина, смотря пристально и ожидая продолжения.
– Да, – кивнула я, понимая, что на слово верить мне никто не станет. – И не кто-то там, а моя тетка, которая разговаривала с вами в прошлый раз.
– Но… подождите, – побелел лицом лекарь, нервно прочистив горло. – Вы уверены?
– Конечно! – кивнула я. – А травила она вот этим! – запустила руку в карман, извлекая из него бумажный конверт.
Лекарь осторожно взял его, разворачивая. Втянув носом воздух над ним, мужчина поморщился…
– Это же лепестки крапивника с гнилых болот, – прогнусавил он. – Этот запах спутать невозможно.
– Крапивника? – насторожилась я, отслеживая реакцию Инессы.
Мне это название ничего не сказало, а вот она, судя по всему, знала о нем куда больше.
Поэтому пришлось изобразить ужас, отразившийся на лице девушки.
– Да, однозначно они! Гадость какая! – лекарь быстро свернул конверт. – Даже не представляю, как вашей тетке удалось найти его. Он растет в опасном, гиблом месте и цветет лишь раз в несколько лет. Его используют в лекарственных целях, но, если увеличить дозу или смешать с… – мужчина замолчал, – неважно с чем, – кивнул он, – то появятся галлюцинации, а после и психическое расстройство, так похожее на… слабоумие…
Неотрывно наблюдала за старцем и видела, как эмоции на его лице сменяются одна за другой.
– Дитя… – виноватым голосом обратился он ко мне, смотря так, словно совершил самое страшное в мире преступление и сейчас не может найти себе места, раскаиваясь. – Прости старого дурака! – лекарь низко склонился, доставая кончиком белоснежной бороды до пола. – Готов ответить за свою ошибку и понести любое наказание! Как я мог, – мотал он головой, схватившись за нее.
– Как мог не подумать об этом?! Боги… что же я натворил?!
Отслеживая его метания, которые были искренними, стало даже немного жаль старика."
"– Как уже сказала Инесса, самочувствие моей бабушки изменилось в лучшую сторону, – кашлянула я, ощущая неловкость от самоистязания пожилого мужчины. – Она пришла в себя, не употребив эту дрянь всего сутки.
– Да, – полным раскаяния голосом, проскрипел лекарь, смотря на меня с неподдельным сожалением.
