– Как жаль, – вздохнула моя бабуля, замолкая и тем самым поднимая градус напряжения, – что таких, как Ролана Мэй Лин, единицы.
– Что? – возмущенно пискнула Тория, с лица которой мгновенно сошла ехидная улыбка. – По-подождите! – с непониманием захлопала она глазами. – Но ведь она же купила детей…
– Купила, – плечи бабушки расправились, а взгляд стал острым, словно кинжалы, – и не она одна, между прочим. Дитя, – посмотрела она на ничего не понимающую Ролану, – я благодарна тебе, что ты решила защитить моего внука, пытаясь скрыть и его причастность к этой покупке…
– Что?! – еще громче взвизгнула Тория, перебивая и походя со стороны на умалишенную.
– Этого не может быть!
– Хочу сказать, что я восхищаюсь твоей смелостью и благородством, – продолжила бабушка, игнорируя омерзительный писк.
Мне не показалось, в глазах юной графини появились слезы.
– Ты, зная, что общество осудит, все равно купила двух деток из бедных семей, принимая их как брата и сестру, – тепло улыбалась бабушка, сбрасывая маски.
– Бред какой-то! – задыхалась от охватившей ярости Тория, а вот знать умно притихла, не спеша привлекать к себе внимание.
– Знай, я не встану против тебя, – моя старушка подошла к шмыгающей носом Ролане, нервы которой, судя по всему, сдали. – Наоборот, хочу поддержать и сказать, что ты умничка.
Рука бабушки по-доброму погладила округлое плечо моей леди, успокаивая.
– Спасибо вам, – всхлипнула Ролана. – Спасибо, госпожа.
– Ну что еще за госпожа такая? – рассмеялась бабуля.
– Выдумала тоже.
– Что ж, я хотел огласить в конце бала, – взял слово его величество, выходя вперед, – но сейчас, как вижу, самый подходящий момент.
Дамы и господа, как и пышущая негодованием Тория, устремили немигающие взгляды на монарха.
– В самое ближайшее время на территории государства появится место, где поселятся нуждающиеся в помощи дети. Это поместье станет их новым домом, в котором маленькие жители наших земель обучатся хорошему тону и грамоте. Данное решение далось мне нелегко, но сейчас я как никогда понимаю, что оно правильное.
На лицах аристократии проявлялось множество разнообразных эмоций, но никто не посмел высказать свое фи.
– Я согласен, покупка детей – поступок аморальный, – продолжил его величество, – но леди Мэй Лин совершила его исходя из добрых побуждений, показав нам всем, что зов милосердного сердца сильнее страха быть источником осуждений.
Ролана хваталась за мою ладонь, забывая, как дышать.
