– Ну и отлично, – не скажу, что испытывала сожаление или раскаяние за содеянное, чувствовала сердцем, что поступаю правильно. – А почему комната Роланы не запирается?
Меня правда заинтересовал этот вопрос, когда я подпирала собой дверь, не позволяя многоуважаемой родственнице ворваться внутрь.
– Ведьма приказала убрать щеколду, – Инесса гневно поджала губы, злобно щурясь. – Она набрала в дом слуг себе подстать! Такие же бездушные! Кстати, она их отпустила сегодня. Видимо, не хотела, чтобы они видели помолвку Роланы.
– Это нам на руку. А что касаемо слуг… Давай их уволим, – наши взгляды с девушкой встретились, пока тетушка в это время долбилась в дверь и надрывала горло, пытаясь докричаться до своей дочери и брата. – А что? – продолжила я, не реагируя на шум. – Зачем они нам нужны такие?
– И то верно, – пораженно протянула Инесса.
Удостоверившись, что засов не подведет, я, прочистив горло, наспех поправила волосы, а затем, важно задрав нос, начала подъем по ступеням винтовой лестницы.
– Госпожа…
– Саша, – перебила я девушку. – Когда мы с тобой вдвоем, просто Саша. Хорошо?
– Хорошо, – согласилась Инесса. – Я хотела сказать, что вам нужно немного склонить голову, и опустить взгляд в пол, а то вы…
– Не похожа на Ролану, да? – догадалась я.
– Да, – было мне ответом.
Пришлось выполнить то, что требовалось, пусть все нутро и противилось этому.
Никогда не прятала голову в песок и всегда стояла до последнего, но сейчас следовало быть хитрее, а не напористее.
– Саша.
– Да? – скосила глаза в сторону служанки, шагающей рядом со мной по длинному коридору, в конце которого наблюдались крючковатые перила, как я поняла, главной лестницы.
– Ведьма забрала у моей госпожи брошь, которую ей подарила ее мама перед смертью…
От услышанного я стиснула пальцы в кулаки.
– Дионе она понравилась, – вздохнула Инесса.
– Как понравилась, так и разонравится!
Я еще не успела увидеть эту самую Диону, а она меня уже дико бесила.
Чем ближе мы подходили к лестнице, тем отчетливее становились голоса.
Один женский, немного писклявый, другой – мужской, гнусавый.
– Нам нужно где-то закрыть дочь ведьмы, – шепнула я не шевеля губами, ставя бархатную туфельку на первую ступеньку и краем глаза замечая жениха, которого притащила для меня тетка.
«Вот эта да!» – я чуть с шага не сбилась.
Снизу вверх с сальной улыбкой смотрел никто иной, как Никита Владленович, владелец паба. Мерзкий, трусливый тип, дрябло-колобкового типа.
