– А если ее хозяин все же и объявится, я с радостью выслушаю все его претензии и недовольства в поместье Верейн! Так ему и передайте! – решительно вздернув подбородок, я медленно обернулась к агрессивно настроенному животному. – Привет, парень, – смотря в глаза пса, я говорила тихо, почти шепотом. – Ты такой красавец! – нога сделала небольшой, осторожный шаг вперед. – Обещаю, я не причиню тебе вреда, – еще один шаг тоже был преодолен, сокращая расстояние между мной и Торосом.
Люди не спешили расходиться, увлеченные происходящим.
Была готова дать голову на отсечение, что они же успели нафантазировать себе в красках, как мощный бойцовый пес рвет аристократку на части, вот только во мне присутствовала уверенность, что я справлюсь с поставленной задачей.
Не знаю, в чем был секрет, но я всегда находила общий язык с собаками любых пород. Какими бы грозными они не были и как агрессивно не скалились, ни одна не причинила мне вреда.
– Позволь помочь тебе, – еще шаг приблизил к синеглазому красавцу.
Он смотрел пристально, не отрываясь, словно пребывая в раздумьях: дать мне шанс, поверить ли моим словам или все же нет.
– Госпожа, – жалобный, но в то же время напряженный до невозможности писк Инессы долетел до моих ушей.
– Тише, – прошептала я ей, не сводя взгляда с пса, который уже не рычал, но так и продолжал скалиться. – Тебе сделали больно, – я поджала губы, смотря на его травмированную лапу, – мы залечим рану. Тебя больше никто не обидит, обещаю.
С гулко бьющимся сердцем я подошла еще ближе, осторожно протягивая руку к животному…
Резко извернувшись, Торос клацнул челюстью рядом с моей ладонью, отчего одна из пустоголовых крестьянок завизжала.
Бросив в ее сторону убийственный взгляд, я перевела внимание на животное. Прекрасно понимала, если бы он захотел, то смог бы с легкостью вгрызться в мою плоть, но Тор не сделал этого.
– Я тебя не боюсь, – произнесла тихо, хотя грудь в этот момент ходила ходуном. – И ты меня не бойся. Хорошо? Если позволишь, – моя рука под судорожные вздохи глазеющей толпы пошла на сближение с псом, – я стану твоим другом.
Секунда… две… три… Я затаила дыхание, готовая ко всему, а потом подалась вперед, осторожно касаясь иссиня-черной шерсти, ощущая, какая она мягкая на ощупь.
– Немыслимо!
– Вы это видели? Видели?!
– Что только творится в этих аристократичных головах!
– Она могла пострадать!
«Да замолчите вы уже!»
Пес так и продолжал скалиться, но он позволял к себе прикасаться, а это, как по мне, говорило о многом.
