Шабанов поставил НАЗ возле ножки стула, под руку. Там же висел пистолет…
Доктор натянул на лоб зеркальце с отверстием и, приблизившись вплотную, посмотрел в глаза, в нос, и лишь потом ощупал все вокруг уха, заглянул внутрь. Все наскоро, будто спешил куда.
– Понятно, – заключил. – Что произошло?
– Катапультировался, – не сразу признался Герман, решив, что скрывать, кто он и откуда взялся здесь, не имеет смысла. – Лопнул сосуд, у меня такое уже было…
– Что значит – катапультировался? – или прикидывался, или на самом деле не понял Иван Ильич.
– Прыгнул с самолета. Вынужден был оставить борт…
– Откуда? – изумился тот, словно впервые слышал о самолетах и прыжках.
– Из боевого, военного самолета. Он оборудован специальным приспособлением – катапультой, – наблюдая за доктором, стал объяснять Герман. – Чтобы пилот успел покинуть машину в критической ситуации. Военный истребитель имеет высокую скорость…
– Что вы мне рассказываете о самолетах! – возмутился он. – Я их много раз видел.
Самолеты летают очень быстро, очень высоко и издают при этом сильный неприятный звук… Лучше объясните, зачем прыгали? Вы что, с ума сошли? Это же очень опасно!
– Но я же с парашютом, – Шабанов никак не мог понять, дурака валяет этот доктор или на самом деле настолько не от мира сего, что видел самолеты лишь высоко в небе.
– А, парашют знаю, слышал! И все равно, зачем нужно подвергать жизнь такой опасности?
– У меня кончилось топливо…
– Как это понимать – кончилось топливо? – Он выпучил глаза.
– Топливо, это же дрова…
Шабанов не считал себя тонким психологом, впрочем, как и физиономистом, однако сейчас вдруг уверился, что Иван Ильич не прикидывается, а на самом деле обескуражен и поражен словами пациента.
– В самолетах вместо дров используется керосин, – терпеливо объяснил он. – Так вот, у меня он и кончился…"
"– Керосин я знаю, это хорошо! – вдруг одобрил и обрадовался доктор. – Это уже прогресс… Знаете, молодой человек, однажды я ехал на поезде. Тогда был совсем еще маленький, но хорошо запомнил.
Поезд тащил паровоз, такая большая черная машина, которая работала на дровах и испускала очень много пара. И сейчас подумал! – Он засмеялся. – Неужели и самолеты летают, сжигая дрова?
– Нет, они работают на бензине или керосине. – Шабанов разговаривал с ним как с ребенком. – Мой самолет был реактивным. Это такие двигатели, которые разгоняют машину до сверхзвуковой скорости…
– Постойте, постойте! – перебил он.
