Совсем ничего!
Присутствие Тахаева вытянуло из меня все силы. Обычно за столом я с удовольствием забираю на себя роль ведущей, но не сегодня. Шум раздражает, а вопросы и личные разговоры — ещё больше.
— Да, телескоп установлен на чердаке, — отвечает Влад.
— Наверное, не обошлось без пары пиздюлей от Альки, — хохочет Дымов.
— Немного. Вчера, наконец, дошли руки заняться этим. Как только стемнеет — покажу, на что эта штуковина способна.
Рывком отодвинув стул, я отлучаюсь из-за стола под предлогом проверить детей.
Ами сидит в игровой, перебирая конструктор. Остальные — поковыряли еду и разбрелись по этажам в поисках активных приключений.
Я заглядываю в уборную под лестницей, отсекая голоса и музыку, оставаясь в долгожданной тишине.
Чтобы унять бешеную пульсацию в висках, смачиваю их холодной водой. Я не видела, куда именно сел Аслан со своей невестой, но прекрасно чувствовала, потому что левая половина моего лица буквально горела.
Разблокировав телефон, я придумываю самый простой и эффективный способ справиться с критической ситуацией — звоню няне, чтобы попросить её принять Ами в течение часа.
Влад пока не пил, так что я могу напрячь его или нашего друга Серёжу отвезти дочь на другой конец города и оставить у няни с ночёвкой. Сомневаюсь, что мне станет значительно легче, но хотя бы одна из моих тревог немного утихнет.
Я смотрю на отражение в зеркале, пытаясь собраться с мыслями, и в глубине души надеюсь, что этот вечер не закончится полным хаосом.
Хотя все предпосылки для этого уже есть: напряжение в воздухе растёт, а я всё меньше способна его игнорировать.
Надежда Станиславовна с радостью откликается, обещая заняться Амелией в любое удобное для нас время. Я кладу трубку, вытираю виски полотенцем и, довольная собой, открываю дверь.
Правда, выйти наружу мне не удаётся. Я упираюсь лицом в широкую грудную клетку и вынужденно отступаю назад, потому что Аслан оказывается передо мной, перекрывая проход.
— Можно тебя на минуту?
В ноздри ударяет запах мужского парфюма, дыма и теплого, едва уловимого аромата тела.
Когда-то хорошо знакомого, а теперь уже давно забытого.
— Нет, нельзя, — сипло отвечаю.
Но это не вопрос. Приказ.
Шок сжимает горло, словно тугой обруч, потому что я впервые оказываюсь так близко к Аслану. Прежде чем я успеваю возмутиться, он крепко хватает меня за локоть, заталкивает обратно в уборную, захлопывает дверь и запирает её на замок.
