Но поскольку подруга недавно рассталась с любимым мужчиной после трёх лет отношений, отказать ей я пока не могу.
К тому же у меня тоже накопились темы для сплетен.
— Да, ты права, — соглашаюсь. — А если восьмёрку положить на бок, то она превратится в знак бесконечности.
На лице Амелии застывает любопытство — кажется, раньше я ей об этом не рассказывала. Приходится судорожно подбирать слова, чтобы доступно объяснить пятилетке, что это значит.
Плюс в том, что у дочери феноменальная память, поэтому лучше сразу не давать ей неверной информации.
Если я что-то забываю, то, прежде чем что-то сказать, снова всё изучаю.
Заново. Чёрт возьми, заново — в свои двадцать четыре.
— Это когда всё-всё-всё продолжается и не кончается.
— Никогда?
Получив от меня утвердительный кивок, Ами ненадолго замирает, словно укладывает новый материал по полочкам. Я улыбаюсь, представляя, как усиленно крутятся шестерёнки в её голове.
— Восемь — это твоя любимая цифра? — с интересом спрашиваю.
— Нет, моя — двойка, — отвечает Амелия без раздумий.
— Она добрая и спокойная. А ещё не любит быть одна, поэтому всегда идёт рядом с кем-то.
— А единица?
— Не очень. Она строгая и любит командовать. Но если поставить её с ноликом, то становится добрее.
— Почему?
— Потому что вместе они десять, и это больше, чем просто один.
Я умиляюсь, гладя Ами по голове.
— Я бы до такого не додумалась. У тебя удивительная фантазия.
В целом, дочь удивительна для меня во всём.
И это открытие случилось ближе к трём годам, когда она начала резко разговаривать целыми предложениями, показывать характер и с любопытством познавать что-то новое.
Именно тогда пришло осознание, что из общего у нас только внешность.
Ами — настоящий интроверт. Она осторожна, малообщительна и прекрасно чувствует себя в одиночестве, погружаясь в свои мысли и занятия: рисование, конструирование или листание книг с картинками.
Кризис трёх лет прошёл у неё иначе, чем у сверстников.
Мне пришлось учиться с ней ладить, но не потому, что дочь закатывала истерики и валялась на полу в супермаркете, а потому что я — экстраверт до мозга костей и с трудом сдерживаю себя, чтобы оставлять ей личное пространство и не принуждать к разговорам, когда она того не хочет.
А ещё мне не раз доводилось выслушивать догадки окружающих и защищаться, когда каждый норовил продемонстрировать своё «экспертное» мнение и поставить Амелии диагноз — от недостатка социализации до скрытых психологических проблем.
