А если два дня на эстраде, вот тогда – да! Софочка! Ты шикарно выглядишь!
Я вздрогнула и увидела стройную даму неопределенного возраста, облаченную в черное платье – безукоризненный наряд, к которому невозможно придраться.
– Я очень рада встрече, – улыбнулась секретарша всесильного босса.
– Ты меня не узнала? Я Глафира!
– Глаша! Новый имидж?
– Йес!
– О! Отлично! Полнейшее перевоплощение. Даже голос изменился, – Софья явно издевалась над Ритой, мигом поняв ситуацию.
Риточка суетливо стала совать клевретке букет.
– Это тебе.
– Мне? С какой стати?
– Просто из любви, – щебетала моя хозяйка.
Разинув рот, я наблюдала за происходящим, и тут кто-то грубо начал выхватывать у меня Брамбеса.
– Я сам вручу подарок, – прошипел невесть откуда взявшийся Свин.
– Эй, – возмутилась я, – это Глафира купила!
– Давай сюда!
– Но она без презента останется.
– Поспорь еще! – рявкнул Свин.
Тут толпа внезапно рассосалась, и мы очутились возле именинника. Я постаралась не расхохотаться во весь голос. Стало понятно, отчего ехидные люди шоу-бизнеса прозвали этого типа Кудрявеньким.
На отполированном до блеска черепе виновника торжества не было ни одного волоса.
– Дорогой мой, – взревел Свин, – я просто счастлив, что вижу тебя! Спасибо за приглашение.
– Тебе спасибо, что нашел время, – осклабился Кудрявенький, – там, в зале, подан легкий закусончик, надеюсь, отдохнешь, расслабишься.
– Уж я прям не знал, что тебе подарить, – принялся врать Свин, – полгода голову ломал, мучился, ну неохота VIP-набором отделываться.
Хотел нечто эксклюзивное подарить, чтобы не как у всех. И вот нашел!
Продолжая улыбаться, продюсер вырвал из моих рук Брамбеса и посадил его рядом с Кудрявеньким."
"– Смотри, какой классняк, – вещал Свин, – я специально заказал его в Лондоне в магазине «Сувенир эксклюзив», его четыре месяца изготавливали. Я даже бояться начал, что не успеют к дате. Только сегодня, сволочи, самолетом прислали! Видишь, как я тебя люблю! Думаю, никто ничего подобного не подарил!
Я с уважением покосилась на Свина.
Однако он ловкий человек! Мигом сочинил историю, такое не всякому дано. Сейчас Кудрявенький произнесет приличествующие случаю слова благодарности, мы быстро проглотим пару бутербродов и можем наконец-то ехать домой!
Но отчего-то в зале, битком набитом людьми, установилась странная тишина. Кудрявенький начал медленно приобретать фиолетовую окраску.
– Во прикол, – с восхищением прошептал некто за моей спиной, – даже зажим для галстука с буквой Б.
