Похоже, тульский князь склоняется к тому, что я запретной магией балуюсь. Остаётся строить из себя дурака и не отвечать напрямую.
— Люта за тобой и в Навь пойдёт, — говорит он с наездом. — Молодая и горячая, как ты. Только стала себя проявлять. С прошлой вашей встречи у неё и гонор появился и инициатива. Не к добру такое, слишком молода, нет опыта.
— Вы ей, как отец, — заключаю.
— Батьку её знавал, служил мне верно, — излагает с грустью. — Опекать её — долг мой, которым пренебрегать не могу. Поэтому и обеспокоен.
Одному противиться не стану, Люта вольна поступать, как решит. Не указ я ей, хоть и договор у нас имеется на службу. А всё потому, что она за десятерых магов сослужила уже всё наперёд.
— Понял. Постараюсь не впутывать её ни во что.
— Всё верно вразумил, — удовлетворился Юрий ответом, а дальше заинтриговал уже по другой теме: — я вот что тебя позвал. Ты указ Вячеслава ещё не получал? И императорской грамоты на золоте не видел?
— Какой? — Насторожился я.
— На созыв войска, Ярослав.
В груди похолодело. Какой к чёрту созыв⁈
— Похоже, что нет, как я и предполагал, — заключает Юрий по моей физиономии. — Но весточка скоро дойдёт до того, кого ты в городе за себя оставил. Гонцы доставят даже ценой своей жизни. Ведь бумага под печатью золотой. Мы–то, упредив, уже здесь. Нам легче показать, что указ Императора выполняем незамедлительно. По всей земле государства разослана воля Златозара, собрать войска и двинуться на защиту столицы. И тульское княжество собирается, и орловское и все остальные.
С тебя твой князь ратников затребует в первую очередь. Но раз ты здесь, а войска твоего нет, зацепятся кремлёвские за это. И преподнесут императору, как сами захотят. Очернят, что мастера искусные, даже не сомневайся.
— Что вы имеете в виду? — Опешил.
— Что ты дерзнул без войска явиться. Я ведь верно понял, ты здесь без своих ратников? Иначе бы мне уже донесли.
— Один я, — признаюсь.
— Вот, как знал, — вздыхает Юрий. — Нельзя так делать. Дворовые интриганы живо подхватят эту новость, и завтра же ты будешь в немилости.
Чего хуже, если объявят изменником. Суслов бы никого не интересовал. Но у рода Морозовых слишком много завистников и врагов.
— Честно, — начал, покривившись. — Мне плевать на это. Я просто хочу закрыть Разлом. Иначе не будет ни Кремля, ни интриганов.
— Такой большой, и сдюжишь в одиночку?
— Да, — отвечаю уверенно. — По одному, по два канала за заход буду отрезать, уменьшая его.
