Карьера карьерой, но ребенку нужна мать, иначе он станет волчонком, злым и одиноким. Крестная – не мама, и никогда и близко не встанет рядом с ней.
Не понимаю я подругу. Какими бы важными съемки не были, малыш – самое главное. Неужели ей не хочется дать сыну все то, чего мы с ней были лишены, пока жили в детском доме? Да, мы всегда были разные, как огонь и вода, солнце и тучи, но мы сдружились, стали опорой друг для друга, и говорили, что у наших детей будет лучшая жизнь. Что изменилось?
– К маме хочу, – крестник снова начал канючить.
– Мама сегодня занята, не плачь. Хочешь мы еще на аттракционы пойдем, или на пони покатаемся?
Отрицательно машет головой, утирая слезки кулачками. Такой трогательный в своей непосредственности и искренности. Не могу. Самой бы не расплакаться рядом с ним. Прижимаю его к себе, пытаясь согреть всем теплом и любовью, что испытываю к нему. Сегодня его день, и он будет улыбаться.
Не помог парк аттракционов, где мы развлекаемся уже часов пять, с перерывом на поход в кафе, значит купим тортик, и устроим дома марафон мультфильмов.
Точно. Отвлеку его. Я хоть и не поклонник подобного развлечения для крохи, но мы сделаем исключение. Разок.
– Так, предлагаю купить тортик с вишней и посмотреть мультики дома. Зашторим окна, устроим себе домашний кинотеатр. Что скажешь? – отстранившись, беру себя в руки, и с улыбкой на лице, подбадриваю карапуза.
Тема смотрит на меня, оценивая предложение, и утвердительно кивает. Мне иногда кажется, что он все понимает, несмотря на столь юный возраст.
Но так только кажется. Просто он еще мал, и считывает взрослых на уровне инстинктов.
Получив согласие малыша, беру его за ручку и веду в кафе, что находится по дороге к нашему дому, рассказываю ему смешные истории. Забалтываю как могу, и мне это удается. К дому мы подходим уже веселые и шуточно спорим, какой мультик будем смотреть первым.
Мы даже мыльные пузыри успеваем попускать, пока идем к квартире. Сумасшедшая парочка. Даже на лестничной клетке продолжаем баловаться.
Ну, как мы. Я на перевес с тортом, велосипедом, в котором возила Артемку по парку, весь день он бы на ногах не выдержал, привязанными к сумке шарами и ключами, открываю квартиру.
Веселой стайкой забегаем внутрь, и если крестник продолжает заливисто смеяться, выпуская очередную порцию пузырьков, то я застываю на месте. Помимо малыша, в квартире смеется еще один человек.
Ее смех я узнаю из тысячи. Ни с кем и никогда его не перепутаю.
