Я всё так же в квартире, в которой не была несколько лет, и куда не планировала приезжать ещё вчера вечером.
Да, я настаивала на том, чтобы отдать дочери ключи от неё, но пока Лада сама категорически не хотела переезжать, я не была слишком категорична в разговорах с мужем о ключах и её проживании здесь.
Что происходило в ней все эти годы? Неужели я что-то очень важное упустила в нашей совместной жизни?
Несколько раз я приезжала сюда, но она словно не «живая» стояла, в ней совершенно точно никто не жил.
Значит, разовые встречи?
В этот момент все складываются в единую картинку, и выводы мне категорически не нравятся: пустующая годами квартира, категоричное нежелание Михаила отдавать ключи нашей дочери, сопротивление тому, что здесь кто-то будет жить, перекладывание ключей из привычного места в сейф.
А кроме этого, неожиданное появление его здесь после моего ярого сопротивления и вопроса о ключах, растерянный взгляд, возбуждённое нервное состояние, наш странный разговор без ответов на поставленные вопросы.
Как много всего из того, что я сейчас думаю, намекает мне на страшные вещи.
— Нет, нет, этого не может быть! — повторяю эти слова.
Это не про Михаила! Это всё не о нём! Потому что он слишком честен и принципиален.
Главный борец за семейные ценности и изменщик в одном лице? Чушь какая!
Трясущимися руками беру в руки телефон.
Я умею держать себя в руках, но мысль, что он настолько подлый обманщик заставляет мою нервную систему ходить ходуном.
Именно из-за этого я не могу успокоиться и унять эту дрожь в руках.
Хочу срочно позвонить ему, но потом передумываю. Нет, нельзя, не сейчас. Прежде надо успокоиться и всё ещё раз проанализировать.
К тому же понимаю: если говорить о таких находках, будучи не рядом, это будет очень опрометчиво с моей стороны.
Задавать ему вопрос по телефону, откуда у нас в квартире чужие женские трусы неразумно, потому что он может прервать звонок, получить время, чтобы потом, при встрече иметь возможность выкрутиться.
Нет, нельзя в эмоциях терять шанс выяснить правду. Лучше посмотреть ему глаза, когда буду показывать ему этот предмет, и задавать вопросы.
Пусть муж скажет что-нибудь, что позволит мне исключить мысль о его встрече здесь с другой женщиной.
А поверю я в это или нет, это уже другой вопрос.
— Миша… — как бы мне хотелось, чтобы голос мой звучал уверенно сейчас, но моё волнение, несмотря на все мои старания, отражаются в каждом звуке.
