А сегодня…
Последние несколько ночей я провела в мыслях о нашей дружбе с ней.
Как угодно несмотря на все подозрения, я всё равно до конца никак не могла представить, что Нина могла быть любовницей моего мужа. Ни одного намёка на это у меня не было раньше.
И честно говоря, если выяснится, что это правда, я окажусь в глубоком шоке. Потому что для меня это будет не просто предательство, а самое тяжёлое из всех возможных.
Только факты, которые я наблюдала последнее время, буквально кричали мне, что это она.
Хотя между тем, оставались два вопроса, на которые у меня пока нет ответов: почему мой муж не знал о звонке Ирине и почему он действительно удивился, когда я сказала, что поеду в санаторий с Ниной.
Когда я сообщила ему, что еду с ней, в его глазах не было ни тени замешательства или растерянности. И уж тем более какого-то страха.
Ведь если жена едет в санаторий с любовницей, страх того, что последняя может, пусть случайно, но подставиться, очень велик!
Ну, хоть что-то должно было быть в его реакции! А не было…
Я пытаюсь убедить себя, что это всё-таки не она.
Это моя, вполне естественная защитная реакция на зло, боль и разочарование.
— С кем ты так грубо разговаривала? — спрашиваю, стараясь оставаться спокойной.
— С мужем.
Я замечаю, что бутылка вина практически опустела.
Это вторая, которую заказал Константин. Первую мы выпили втроём, общаясь, а вторую принесли позже, но ни я, ни адвокат к ней даже не притронулись.
Нина тянется за бокалом, но не может удержать его в руке, и он падает на пол, разбиваясь вдребезги.
— Официант, принесите новый! — командует она, не обращая внимания на неприятность.
— Тебе спать пора, хватит вина.
— Альбин, дай расслабиться, а? Слушай, скажи, а я тоже красивая, да?
— Ты о чём?
— Ну вот ты очень красивая женщина. А я? Только честно говори! Мне очень нужно это услышать!
— Пойдём! — настаиваю.
— А ты всё-таки зря ты отказалась от продолжения с Ракитиным. Он классный мужик. Вы бы видели себя со стороны, Альбина! Какая вы красивая, классная пара! Какой солидный мужик и шикарная, молодая женщина! Пока ещё молодая женщина! — добавляет она, выделяя эти слова особым тоном.
Стараюсь сдерживаться, чтобы не послать её куда подальше. Она меня раздражает.
— Что ты на меня смотришь как волк злой?
Нина улыбается, а мне кажется эта улыбка словно с оскалом. Её голос заплетается всё сильнее, но мой интерес к её откровениям только возрастает.
— Нина, пора в номер!
— Не ценишь ты заботы подруги! Не це-е-еннишь.
