— Хорошо…
— М-м-м, ясно… А у меня вот не очень.
— Да, я вижу, как ты напряжён. Помочь тебе расслабиться, любимый? — присаживается рядом, лезет с лаской.
— Гадина, ты это специально сделала? Нарочно подставила меня перед женой⁈ Говори правду!
И всё-таки срываюсь, не могу больше притворяться, что я спокоен.
Притягиваю её к себе, хватая за шею, смотрю в глаза, пытаясь прочитать в них её страх, который меня так возбуждал пару месяцев назад, а в этот момент бесит.
— На кой я с тобой только связался!
Она хватает мои руки, и я отпускаю шею.
Теперь сжимаю до боли её скулы, и она начинает хныкать, чувствуя боль.
— Мишенька, Мишенька, — пытается убрать мои пальцы со своего лица, мямлит, но я не ослабляю хватку, — следы останутся, Мишенька! Нельзя!
Словно опомнившись, отпускаю её совсем.
Дыхание сбывшиеся, колотит от возбуждения, но на этот момент не от сексуального.
Пальцы зацепили помаду.
В злости хватаю её за волосы и притягиваю к себе снова.
— Вытри свой рот! Сколько раз говорил тебе, чтобы ты свой свисток не мазала яркими помадами! Я что, должен следить за тем, чтобы твои следы на мне не остались? Сказал же: никакой помады, туши, духов, — вытираю салфеткой остатки косметики с пальцев.
Молчит и смотрит в пол. Не говорит ни слова, не сопротивляется, не пререкается.
Села на колени передо мной и намекает мне, что готова принимать мою агрессию в любом её проявлении.
Всё что скажу, будет делать. Единственное, чтобы следов не осталось.
На всё согласится, ведь я хозяин её жизни, как она сама не раз мне говорила.
Преданная, как собачонка, пустая как пробка. По крайней мере, так я совсем недавно думал.
— Знаешь о чём речь?
— Нет…
— Врё-ё-ё-шь… Как ты могла забыть в моей квартире свои трусы⁈ Жена их нашла! — не хочу играть в игру разгадайку, да и времени нет.
— Да? Нашла? Случайно…
— Правду говори! — сжимаю кулаки.
Кусает губы нервно, боится меня… правильно!
— Помнишь, мы очень торопились на работу? — начинает.
— Ну!
— Тогда… ты подарил мне тот комплект белья, я надела, потом ты… стянул его с меня, кинул в страсти, а после кричал, что мы торопимся.
Я лифчик взяла, а трусы не нашла, но признаться тебе не решилась.
— Ну и дура же ты! Только почему я тебе не верю, а⁈ Если узнаю, что врёшь, пощады не жди.
— Не вру…
— Если бы не Гришка! — вспоминаю тот страх, который испытывал, когда Альбина предложила позвонить ему, — мне смерть! Конец всему: семье, репутации, бизнесу! Кабздец! Полный!
Практически ору и рассказываю ей кратко свои события.
