Пусь продолжает…
Подруга бросает на меня быстрый взгляд, словно извиняется за свои слова.
— Мой Вадим, думаю, вообще на такие вещи неспособен, — теперь добавляет. — Иногда мне кажется, он в этой жизни вообще мало на что способен.
— Тебе виднее, конечно. Но я ведь про своего тоже так думала, помнишь? — кивает. — Это я про измены, если что, — уточняю.
Помнит, конечно, потому, что она, как многие из нашего окружения, восхищались его стойкостью в отношении верности супружеских отношений.
Возле него много красивых женщин хаживало, но он говорил лишь обо мне и не стеснялся этого.
— Короче, я всё взвесила, проанализировала, и мне кажется, что это секретарша, — завершаю свои признания.
Нина недоверчиво смотрит на меня, а затем её глаза расширяются от удивления.
— Чья? Его? — имени не называет, но я киваю. — Секретарша и твой Курбатов? Ты серьёзно⁈
— А почему бы и нет? — пожимаю плечами. — Вполне, кстати, логично. Классику жанра по изменам знаешь?
— Ну… примерно да, — она качает головой, но словно не верит своим ушам.
— Так это и есть твоя подозреваемая?
— Да! — признаюсь подруге.
— А какие предпосылки так думать?
— А тебе мало того, что я рассказала?
— Нет, но… — не договаривает. — Ну, дела-а-а, — протягивает она, глядя куда-то вдаль. — И что ты планируешь делать, если это так?
— Честно говоря, не знаю пока, но обязательно выведу их на чистую воду! — говорю, пытаясь звучать уверенно. — Мне нужно время, чтобы всё хорошо обдумать, ведь всего несколько часов назад моя жизнь перевернулась с ног на голову, и я пока не приняла это до конца.
Она понимающе кивает.
— Знаешь, когда я ехала в эту квартиру, — обвожу её взглядом, — была готова бороться с мужем за права нашей дочери до победного. И, в принципе, победила. Но, когда затевалась эта война, я не ожидала, что столкнусь с возможным предательством со стороны мужа. Пока плана действий нет, мне надо время, чтобы прийти в себя. Только теперь не хочу, чтобы дочь и внучка сюда въезжали теперь. Если Михаил встречался здесь с кем-то, то я точно против, чтобы после этого они жили здесь.
— То есть дочери ничего пока не скажешь?
— Нет, зачем. Ей и так досталось. Придумаю предлог: мол, сначала нужно сделать ремонт или обновить мебель, или провести генеральную уборку. Я просто не смогу сказать ей правду сейчас.
Нина сочувственно кивает, понимая всю сложность ситуации.
— Альбина, соберись! — голос Нины вдруг звучит твёрдо, и, я бы сказала, почти требовательно.
