А я ведь так много для неё сделал!
По большому счёту ведь вся эта история с трусами началась именно с поступка дочери!
Если бы она не взбрыкнула тогда, если бы осталась со своим мужем, и не придумывала себе ерунды о несчастливом браке, всего этого сейчас не было!
Альбина бы не ссорилась со мной, не пыталась помочь дочери, не нашла эти злосчастные трусы как доказательство моей неверности.
Но сейчас нужно об этом, и совершенно важно держать себя в руках.
— Лада, — начинаю осторожно, чувствуя, как каждое слово даётся с трудом.
В глотке застряли кланяться перед ней. — Мне нужно с тобой поговорить. Не по телефону. Лично.
— О чём? — её голос звучит настороженно, по-прежнему не доверяет мне.
— О многом, — отвечаю я, стараясь не сорваться. — О нас.
Молчание. Долгое, тяжёлое. Я слышу, как она дышит в трубку, и понимаю, что она колеблется. Но я настаиваю, потому понимаю, что от этого разговора зависит слишком многое.
— Хорошо, — наконец говорит она и соглашается. — Завтра в полдень. Тебе что-нибудь привезти?
— Нет, просто приезжай.
Я не спал полночи, пытаясь понять, какие нужные слова мне сказать, чтобы объясниться с дочерью, убедить её, чтобы она поговорила со своим… хахалем не портить мне жизнь сейчас."
"Этот урод открыто сказал, что намерен уничтожить меня, и я уже примерно понимаю, какие козыри в его рукаве. Только пока я не смогу воевать с ним, потому что прикован к кровати.
Вот и получается, что этот сопляк воспользуется моим немощным состоянием и будет добивать меня, не прилагая при этом никаких усилий.
Я не готов в угоду человеку, который столько смуты внёс в жизнь нашей семьи уступить.
Альбинка этой войны не потянет, замы за моё дело даже биться не станут, сдадут с потрохами, как жаренным запахнет.
Никому доверять нельзя! Ни-ко-му!
Если бы не авария, хрен бы он чего добился!
Раньше, я, конечно, не думал, что он так усердно копал под меня, и совершенно точно не верил, что он найдёт мои огрехи там, где никогда никто не ходил.
Но он оказался умным сукиным сыном, хотя я ведь тогда, семь лет назад списал его со счетов в момент, не сомневаюсь, что он не пара моей дочери.
— Здравствуй, папа, — обращается ко мне Лада, заходя вместе с Альбиной на следующий день в палату.
— Привет.
Несколько минут мы молчим и ничего не говорим друг другу. Дочь и жена переглядываются, а я чувствую себя крайне неуютно в этот момент.
— Альбин, ты не могла бы выйти? Нам с дочкой поговорить тет-а-тет надо.
Они обе смотрят на меня с удивлением теперь.
