Перед глазами все кружится, мельтешит и сливается в один темный мазок. Очертания Виррала расплываются, его голос теряет глубину и теперь доносится будто из-под толщи воды. Да и я сама ощущаю себя не то под водой, не то в какой-то глубокой пещере."
"Краски вокруг меня сгущаются, темнеют еще больше и теперь сравнение с пещерой выглядит намного точнее. Я даже различаю что-то вроде давящего каменного свода со сталактитами, неровные стены, едва слышный звук капающей с потолка воды. Я стою посреди узкого прохода, в который можно протиснуться только боком и который через несколько шагов упирается в непроходимый каменный завал.
Между гигантскими булыжниками, которые закрывают проход, угадывается какое-то шевеление. Будто в просвете мелькнул чей-то гигантский вытянутый хвост.
Что это?!
Я хочу отшатнуться, но по-прежнему мое тело не слушается. Все что я могу – это молча смотреть и наблюдать.
Не могу объяснить почему, но я уверена, что существо за завалом не представляет для меня никакой угрозы. Я просто это знаю.
Мне хочется посмотреть поближе. Наклониться к просвету между камнями и заглянуть за завал.
Если бы только мое тело снова меня слушалось…
И в этот момент, будто подчиняясь моему желанию, перед глазами снова мельтешат краски, а пещера преображается.
Теперь, я стою почти вплотную к завалу. А сами камни будто становятся полупрозрачными. По крайней мере, теперь я могу увидеть то, что находится за ними. И то, что я вижу, заставляет мое сердце разрываться от жалости и сострадания.
На голом каменном полу, вытянувшись во весь рост, лежит дракон. Это тот самый дракон, которого я видела во время обряда Леоноры. Вот только сейчас он выглядит совсем не как тот величественный и могучий зверь, пронзавший небеса. Теперь он кажется изнеможденным, замученным и сломленным.
Его чешуя потускнела, голова бессильно лежит на полу, а ввалившиеся бока часто вздымаются, как от лихорадки. Цепь, все так же обвивающая шею, железной змейкой тянется вглубь пещеры.
“Неужели, это тот самый дракон-основатель?” – покалывает у меня в груди.
На миг мне становится стыдно и горько, что своим желанием избавиться от метки я причина боль этому существу. А ведь он, наверняка, не испытывал ко мне никакой ненависти. И даже сейчас я не чувствую исходящей от него угрозы.
Я хочу позвать его и извиниться за то, что произошло. Сказать, что не знала к чему это приведет, и как это отразиться на нем. А еще, эгоистично попросить помощи, хоть я уже и не надеюсь на это.
