- Дай угадаю, - задумчиво прислонила палец к губам, - тебе не дали?
Стас не обращает на мои реплики внимание, а просто говорит дальше.
- Она уверяла, что нельзя поддерживать с тобой связь, потому что иначе, и ты будешь под угрозой. Что это серьёзные люди, которые так просто не поверят в то, что сын Малышева погиб. Лера обещала передать тебе письмо, в котором я всё написал тогда.
Поворачиваю голову, смотря на свёрнутый листок. 2016… Это оно? Это то, о чём говорит Стас?
- Я даже не знал, куда летит самолёт, и сколько времени займёт это НЕДОЛГО, - выделил он слово.
- Но я НИКОГДА не переставал думать о тебе!
- Ты мог позвонить!
- У меня не было телефона, - поворачивается в мою сторону.
- Восемь лет?! - удивляюсь его наглости.
- Сначала. И были люди, которые следили за тем, чтобы я не нашёл способ связаться с тобой.
- Очень удобно! - фыркаю.
- Я писал тебе!
- Что?! - искривляю лицо в недоумении. - Писал? - переспрашиваю, будто ослышалась.
- А ты мне отвечала!
Я теряю дар речи, и кажется, схожу с ума, пытаясь понять о чём он, а Стас открывает в телефоне фотографию и суёт мне под нос печатные буквы с моей аватаркой.
Это реально моя страница!
«Любимый. Где бы ты не был, знай. Моя любовь не ведает горизонтов».
Глава 33
- Ты издеваешься?
Смотрю на Малышева, как на идиота. Да, он показывает мою страницу, и это писала я, но только не ему. Вернее, ему, но только мёртвому. Чёрт, это реально странно, но я обращалась к нему на стене в соц. сети, как это делают многие. Я даже не могла предположить, что он жив и читает послания!
- Это просто слова, - не знаю, как объяснить.
- Для меня.
- Нет, - начинаю злиться, - то есть да, но…
Это настолько сложно, что я не знаю, что ещё сказать.
- Я не мог связаться с тобой напрямую, но тот, кто присматривал за мной, отправлял письма сестре. И она уверяла, что они доходят до тебя."
"- Ложь, - качаю головой, понимая, что запутываюсь ещё больше.
- Но она говорила, что встречается с тобой, а потом я находил на твоей стене эти записи.
И они были адресованы мне, Мия!
Закатываю глаза, не зная, что ему ответить.
- Даже не могла предположить, что такое может быть, - говорю, отворачиваясь. Грудную клетку будто вскрыли и мяли то, что в народе зовётся душой. Тянули жилы и делали невыносимо больно. Всё потому, что где-то в глубине я всё ещё чувствовала к этому человеку что-то. Он лжёт. Он всё нарочно выворачивает так, чтобы не быть виноватым.
- А тебя не смущало, что я тонула в своём горе? - я злюсь.
