Одевалась стильно и всегда благоухала. Я никогда не видела презрения ко мне, девчонке из забегаловки на набережной, хотя им семье чем гордиться.
Всё же отец не последний человек в городе. И Стас с Лерой могли быть мажорами, только таковыми они не являлись. Несмотря на достаток, выросли они не избалованной тупой молодёжью, которая сорит деньгами родных. За это мне они нравились в том числе.
Настоящая Лера выглядит отменно. Ничего не изменилось, кроме причёски: длинные светлые волосы, которые она обычно убирала в хвост, сейчас преобразились в каре, удлинённое спереди.
С лицом явно работает косметолог, а вот визажист подкачал. Даже в полумраке вижу тень на её лице, которая, скорее всего, гематома.
Мятный тонкий свитер хорошо сочетается с низом, а Лера расположилась так, чтобы не светить синяком. Только я уже заметила. Интересно, кто её так отделал?
Пытаюсь отсюда различить кольцо, но она прячет руки в карманах.
После двухлетней скорби я запретила себе интересоваться семьёй Стаса, потому что это было больно и бессмысленно.
И они растворились в миллионе других, живущих в городе.
- Ты всегда мне нравилась, - признаётся Лера.
- Именно поэтому ты не сказала мне про своего брата?
- Я не могла!
Разговор слепого и немого. Она не могла, я умирала. У каждой была своя роль. И каждая справилась.
- Да пофигу, - отмахиваюсь. Какой сейчас толк мусолить прошлое?
- Я наблюдала за тобой, - идёт очередное признание, а я округляю глаза. Она следила? - И, когда ты вышла замуж за Архипова, я радовалась.
- Даже так, - хмыкаю.
- Можешь мне не верить, - она стоит в нескольких шагах, то ли говоря правду, то ли сочиняя. Мне не узнать, слишком искусна она во лжи. - Именно я запретила Стасу появляться в твоей жизни после возвращения.
- Какая забота, - кривлю губы.
- У тебя был другой мужчина, другая семья.
Хочу заявить, что у меня есть семья. Только не могу. Не могу, чёрт бы побрал Арса, который даже вести себя, как нормальный мужик не в состоянии.
Вспоминаю, из какого ужаса вчера меня увёз Стас, и мысленно благодарю его.
Потому что, не будь рядом Малышева, сейчас я бы не разговаривала с его сестрой, а лежала бы на больничной койке, накачанная всякой дрянью.
- Спасибо за моё спокойствие, - ёрничаю. - Я-то думала, отчего всё так чудесно. Оказывается, Лера Малышева радела за мою жизнь.
- Я не обижаюсь, - отвечает на это, пережёвывая жвачку. - Кстати, будешь? - протягивает в мою сторону тонкую упаковку.
- Спасибо, нет. Ты за этим пришла ко мне? - снова колкость от меня.
