- Я хочу продать «ГранСтрой».
- Мне? - решает уточнить Алиев, и это звучит, как насмешка.
- Иначе, зачем я здесь? - делаю вид, что не понимаю его издёвок. - Я слышала, что вас интересует фирма.
- От кого слышала?
Кажется, он пытается показать, кто здесь хозяин, потому намерен постоянно сбивать меня с мысли, продавливая, чтобы дезориентировать.
- От мужа.
Он не меняется в лице, буравя меня глазами, и брови смешаются вверх на сантиметр.
- Потому пришла? - будто не верит. Снова косится в сторону Малышева и подзывает официанта.
А я благодарна Стасу за то, что он просто молчит.
Это неуважение: перебивать меня в тот момент, когда я намерена пойти на выгодную для него сделку. Только что-то мне подсказывает, что просто не будет. Он не из тех, кто хватается за любую возможность. Он относится к разряду мужчин, упивающихся своей властью, потому что знает, что всё равно будет так, как ему нужно."
"Терпеливо жду, когда Алиев сделает заказ, интересуясь, что буду есть я. С некоторых пор побаиваюсь ресторанов.
Мало ли каким-то боком меня и тут зацепит. Потому принесла воду с собой, попросив лишь стакан. Смотрю на Алиева, размышляя над тем, не уйти ли отсюда сейчас. Откидываюсь на кресле, ощущая, как мою ладонь сжимает рука Стаса. Наверное, он хочет подбодрить, только я тут же избавляюсь от его ладони. Не хватало, чтобы меня реально записали в его любовницы.
Кажется, этот жест не укрывается от Гудини, и он задаёт вопрос.
- Откуда друг друга знаете?
Переводит взгляд с меня на Стаса и обратно.
- Старые знакомые, - тут же отзываюсь, понимая, что Малышев тоже хотел ответить, но уже не узнаю, что именно был намерен сказать. Его касание было лишним. Я не маленький ребёнок, чтобы меня подбадривать. Только, кажется, он всё ещё помнит меня другим человеком: хрупкой и беззащитной девчонкой.
- Я озвучила намерения, - возвращаю разговор в нужное русло, - если нет интереса, не буду тратить своё и ваше время.
Намеренно ставлю себя на первое место, дабы показать, что прогибаться ни под кого не намерена.
Да, по сравнению с ним, я - маленькая сошка, но в своих глазах стою дорого. Не стану лебезить, упрашивать и пытаться понравиться, используя флирт. Это не про меня, это про кого-то другого. Я сделала себе имя иным способом, и не намерена портить всё мимолётным знакомством.
Телефон звонит, лёжа экраном вниз, и я поднимаю его, чтобы узреть абонента.
Теперь понимаю: Архипов знает. И представляю, как взбешён.
