— Держи себя в руках, — жёстко потребовал Гардич. — Не время для твоих игр, — он резко стрельнул в меня взглядом. — Вы с ним развлечётесь попозже. Уже в управлении. Когда я добьюсь от руководства письменного приказа на его задержание и неограниченный допрос, — он ощерился вновь. — Тогда ты сможешь делать с ним всё, что пожелаешь.
Марианна улыбнулась шире.
Но, при всей её красоте, такая улыбка не предвещала ничего хорошего. По одним только её глазам было видно, что она думает не о приятной беседе за чашкой чая.
И тем более не о страсти.
Она смотрела так, как смотрит жестокий ребёнок на замученного им котёнка. С интересом. К живой игрушке.
— Вот Вы где, господин инспектор! — послышался бойкий голос Дубровского, который показался в дверях следом. В аккуратном тёмно-зелёном костюме, и уложенными с гелем волосами. Совсем не тот дикарь, который явился к моему дому. — Куда Вы пропали так резко? Даже не допили свой чай!"
"— У меня не было времени ждать, граф, пока Вы договоритесь со своими покупателями по телефону, — повернулся к нему Гардич.
— Каждая минута моей жизни — это бесценный ресурс нашей священной Империи. Эта минута может стоить сотни жизней людей. Или десяток смертей демонов и иных тварей.
— Простите мне мою неучтивость, — неискренне схватился Дубровский за сердце и покачал головой. — Я, действительно, не подумал. Вы знакомы с господином Северским?
— Чуть-чуть, — ответил за Гардича я. — Ему не терпится провести мне экскурсию по управлению Корпуса Экзорцистов.
На что у меня нет времени, — я хмыкнул. — Да и желания.
— Жаль… — прошептала Марианна. Но никто кроме меня её не услышал.
— Идём, Марианна, мы здесь закончили, — бросил Гардич и зашагал прочь.
Задержавшись на мне взглядом, Марианна последовала за ним.
Только когда они удалились, расслабились и окружающие.
— Угораздило же тебя, Руслан, — серьёзно сказал Дубровский. — Мало что может доставить больше неприятностей, чем эти… «слуги государевы».
Чего они хотели?
— У меня к тебе аналогичный вопрос, — я посмотрел ему в глаза. — Что они делали здесь?
— Идём, — нахмурился он. — Поговорим наедине.
Через несколько минут мы сидели в его кабинете.
Стены из дерева. Мебель из дерева, пусть и обитая дорогой кожей. Прямо из стен росли ветви с зелёными листьями. Даже запах здесь витал исключительно древесный.
— Не вовремя ты явился по моему приглашению, — нахмурился Дубровский.
