Хотя по их лицам было видно — не поверили. Впрочем, я и сам бы на их месте задавался вопросами.
Они сделали по глотку. Затем мы двинулись по следам аномалии, которая гремела где-то вдали.
Взрыхлённая земля. Вырванные с корнями деревья. Обрывки плоти какого-то магического зверя. Алиса старалась на них не смотреть. Вместо этого она уткнулась в компас.
— Стрелка указывает туда же, — сказала она, указывая вперёд. В место, откуда пошла аномалия.
— Вот и причина… — начал Тимофей, но я остановил его речь жестом.
Потому что впереди мой отчасти звериный слух уловил другие звуки.
Это тоже была речь.
Тихо я произнёс: — Тихо. Там люди. Ждите здесь.
— Мы с тобой, — решительно заявил Тимофей. — Если это они создали аномалию, то я хочу знать их в лицо.
Брать? С одной стороны — они обуза.
С другой… если он заупрямится, то всё равно пойдёт следом. И это будет хуже.
А так, это можно обставить как услугу. А влияние на наследника одного из родов клана — это ресурс. Вместе с тем, что я дважды спас ему жизнь…
— Только слушаетесь меня.
И делаете всё, что я велю, — сказал я.
Он поморщился. Подчиняться мне ему совершенно не хотелось. Но Тимофей пересилил себя и кивнул. — Хорошо.
Мы медленно покрались вперёд, держась деревьев.
Вокруг пели птицы, так что наши шаги терялись в звуках джунглей. А потом их заглушил ледяной голос:
— Госпожа, что делать? — пробасил неизвестный мне голос.
— Ничего, пусть умирает, — а вот эти капризные нотки я узнал.
Мы подкрались, не высовываясь из-за деревьев. И увидели… место катастрофы.
Здесь свирепствовала аномалия. Три тела были разбросаны по неглубокой воронке."
"Двое парней были мертвы. Один был похож на изломанную куклу. А грудь второго насквозь пробил древесный обломок.
Дышала только девушка. Она без сознания лежала дальше всего от центра воронки. Вся в грязи. Её нога была вывернута под неестественным углом.
А возле неё стояли двое.
Двухметровый лысый верзила с туповатым выражением лица и Елизавета Яровая. Она смотрела на раненную девушку с презрением.
— Покровская… она дочь того, кто не смог спасти моего отца, — Лиза сжала кулаки. — Она заслуживает смерти. Но я не собираюсь марать свои руки её кровью. Родовое древо всё увидит. Пусть дохнет сама.
— Госпожа, — пробасил верзила, почёсывая затылок. — Может поможем? У нас же есть целебное зелье.
— Нам нужнее, — фыркнула Лиза, скрещивая руки на груди. — Покровские род целителей, так ведь? Пусть сама себя и лечит.
— Так она же не инициировалась, госпожа.
