Это земли, о которых у вас не знают, - добавила Лена.
— Вы без мужчин? – удивление и любопытство женщины росло.
— Мы вдовы, - выдала Аня и посмотрела на Лену. Та поймала ее взгляд и тяжело вздохнула.
— Да, дочери лейтенанта Шмидта. Наши мужья Шерлок Холмс и доктор Ватсон погибли при переходе через Памир, - добавила Лена и ущипнула Аню за плечо, чтобы та больше не выдумывала деталей, в которых они легко запутаются уже через пару дней.
— Не входите. Я сейчас вынесу вам поесть, - дверь за хозяйкой закрылась, и девушки переглянулись снова.
— Не и зачем ты вот это вот: «Дети лейтенанта…» - недовольная Аня присела на порог.
— Мне показалось, что ей нравится, когда мы говорим что-то непонятное для нее. Мы же как телевизор для чукчи из анекдота, понимаешь? У нее вся жизнь: кормушка вот эта, дети орущие и мужик где-то к обеду должен подняться, чтобы напиться, погонять ее по двору, пожрать и спать снова упасть.
— Нет у нее мужа, Лен. Я потому и сказала, что мы вдовы. Чтоб она поняла наше положение, - Аня смотрела на пыльную дорогу.
— Таа-ак, похоже, у нас тут не вдова Шерлока, а сам Шерлок Холмс! Я даже боюсь спросить, как ты это поняла, потому что в ответ явно получу: «элементарно, Ватсон», - Лене удалось изменить голос, и он даже стал чуть похожим на голос Ливанова.
— Потом скажу, а вы, товарищ следователь по не особо важным делам, попробуйте разгадать эту шараду. Хоть на несколько минут помолчишь, и то хорошо, - Аня явно устала и оттого, что ее окружало, и от страха за жизнь, и даже от недоверия подруги.
Вместо того, чтобы принять эту правду, Лена отшучивалась. А проблема была куда серьезнее, чем она думала: не зная местных правил, можно вляпаться куда угодно. От сточной канавы до виселицы или даже на костер, как ведьма.
Минут пять спустя хозяйка вынесла кусок хлеба размером с небольшую булочку и котелок с мутной жижей.
Лена взяла хлеб и с осторожностью заглянула в котелок.
— Это от мяса. Немного отлила вам, чтобы запить хлеб, - поняв взгляд Лены, сказала она.
– Нищие с руками бы оторвали.
— Благодарим вас, хозяйка, - Аня, в отличие от Лены, не стала долго думать, выхватила из ее руки булку, разломила пополам и принялась жевать, запивая этой странной жижей. – Лен, это бульон. И он еще теплый, давай, - она подала подруге котелок и мотнула головой. – Он кипяченый, пей, говорю!
Лена откусила полусухой хлеб, с брезгливостью отпила из котелка и принялась жевать.
