По слухам, он приобрел это хэтфилдское поместье у аристократа Блейка Аттвуда, заплатив тому неприлично огромную сумму денег.
Полагаю, даже слишком неприличную.
Он купил чертов замок.
К поместью ведет широкая подъездная аллея, а вид роскошного здания, раскинувшегося посреди ультраухоженных газонов и леса, отражает его необъятное эго размером во всю Великобританию.
Богатый подонок.
– Мисс Рид, мне следует дождаться вас? – уточняет мистер Моррис.
– Да. Я не задержусь надолго.
Надеюсь.
Тишина съедает меня. Я слышу лишь шелест листьев, свое прерывистое дыхание и колеса, тихо хрустящие по гравию.
За час езды небо совсем почернело и теперь мне кажется, что на меня вот-вот нападет какой-нибудь призрак.
Господи, Кэт, успокойся.
Глубоко выдыхая, я благодарю мистера Морриса за поездку и принимаю руку дворецкого, который помогает мне выйти из машины.
Но это не дворецкий.
Это Кастил.
За последние семь лет я видела Кастила два раза с тех пор, как он уничтожил мою душу и безжалостно вычеркнул меня из своей жизни.
Один раз, когда я в спешке забирала документы из Кингстона, а он стоял в коридоре с друзьями.
Второй раз – в Ритце на благотворительном вечере.
Но третий раз оказывается самым разрушительным из всех.
Дрожь пробегает по моей спине, когда я встречаюсь с его темными жестокими глазами. Он изменился. Черты лица огрубели, плечи стали гораздо шире, и от него веет дикой силой, которая способна раздавить меня в мгновение ока.
Теперь он взрослый мужчина. В нем и раньше не было мягкости, но сейчас мне требуется вся моя сила воли, чтобы отогнать чувство дискомфорта.
Я медленно перевожу взгляд на свое запястье.
Обжигающее ощущение распространяется от того места, где его пальцы соприкасаются с моей кожей, и заканчиваются на ухе, в которое он говорит угрожающим тоном:
– Ты опоздала. На целый день.
Я отшатываюсь, запоздало сбрасывая его руку. Кастил стоит молча, в то время как все мои внутренности переворачиваются. Все это… слишком. Его игры разума бывают довольно жестоки. Боже, я любила его, кем он притворялся, только он испортил все, что между нами было.
Он унизил меня.
Заставил забиться в угол подобно напуганному до смерти псу. Я такой и была последние семь лет. Напуганной до смерти.
И что самое ужасное – я ни на миг не смогла забыть все вызванные им чувства. Объятья его сильных рук, успокаивающий шепот, опасность, которая пробудила во мне желание жить и также безжалостно его уничтожила. В глазах закипают слезы, но я стараюсь держаться.
