В том смысле, что Аринэль почувствовал себя также, как когда его награждали в Арантоне. От Аассена прям повеяло Властью.
– Я повелеваю, чтобы ты, Аринэль Леваннар Тайфол Кайрас, – чтобы подчеркнуть не случайность употребления четвертого слова в фамилии, император сделал паузу. – Член Рода Кайрас, сопровождал Наследную Принцессу Дома Алестис.
Аринэль опустился на одно колено. А Саманта, прижав к груди руки, низко поклонилась
– Это огромная честь для меня, ваше величество, – склонил голову парень. – Я клянусь, что жизнь Наследной Принцессы будет для меня важнее моей собственной.
– Как нареченная Аринэля Тайфола, – произнесла следом Саманта. – Я даю ту же клятву. Жизнь Наследной Принцессы будет для меня важнее моей собственной.
Некоторое время в кабинете стояла тишина.
– Ваша клятва услышана и принята, – прозвучал голос императора. – Поднимитесь.
Аринэль после этого поднялся, Анти разогнулась.
– Есть еще один момент, Аринэль, – заговорил Аассен. – Интересы Империи требуют, чтобы Император имел наследников.
«Что, вот так сразу?» – слегка ошеломленно подумал Ари.
– И сегодня, на приеме, эти наследники будут объявлены, – продолжал император.
«Фух, на! А я то уж подумал!»
– И они сейчас все находятся здесь, – Аассен упер взгляд в Ари. – Наследником Императора может быть только мужчина. И порядок наследования должен быть прописан до третьей очереди включительно.
Аринэль, честно говоря, завис. А потом, давя желания посмотреть по сторонам (лишь покосился), нахмурился. А вот на лице Саманты в этот момент все-таки проскочило изумление.
«Да ладно! Вестфолен… Ну, как бы он уже был королем и все такое. Но отец! Вот это поворот! Ничего себе карьера! Так… Стоп. До третьей? То есть… Раз, два… Да ладно. Не. Не может… Вы серьезно?!!»
– Да, Аринэль, – сухо и твердо произнес император, видя растерянность на лице парня. – Все наследники короны Императора находятся сейчас здесь.
* * *
Когда за детьми закрылась дверь, Саятана тут же поднялась. А следом дернулась и Вайлири.
– Сая, – строго произнесла Мара.
– Вайли. Успокойтесь. Пусть Ари и Саманта пока отойдут.
На лице Саятаны проступило беспокойство. А Вайлири посуровела. И осуждающе посмотрела на Аассена.
– Прости, Вайлири, – произнес мужчина, который уже не давил авторитетом и аурой власти. – Я должен был проверить лично.
– Я представляю себя в этой ситуации, – заговорил Вестфолен. – Представляю… И не знаю, как бы отреагировал на такое. Честное слово.
– А вот я вас еще просвещу, – произнес Аассен.
