Он в два шага пересекает расстояние между нами, хватает меня за воротник блузы и придвигает к себе. Так близко, что стоит сделать вдох, как в нос ударяет его парфюм с древесными нотками. Так близко, что его горячее дыхание опаляет мою кожу, а холод синих глаз сковывает, не давая отвести в сторону взгляд.
— Ты подпишешь эти чертовы документы. Сейчас же. Не зли меня, Кристина, я ведь могу и по-плохому заставить тебя это сделать, — рычит мне в лицо, я же чувствую, как начинаю задыхаться от нехватки воздуха.
—Я знать тебя не знаю, а ты вторгаешься в мой дом, угрожаешь мне, требуя отдать тебе собственного ребенка.
Если ты так жаждешь заполучить дочь, то сделаем все по закону. Встретимся в суде. Докажи свое отцовство, и если суд примет решение в твою пользу – что ж, так тому и быть, — шиплю я в ответ.
— Ты не понимаешь, с кем связалась, я ведь могу сделать так, чтобы твой маленький бизнес в мире моды красиво утонул вместе с тобой.
— Нет, это ты не понимаешь, с кем связался, дорогой. Мой отец – прокурор, и я тоже занимаю в обществе не последнее место.
Мне под силу раздуть такой скандал, что рядом с твоим домом круглосуточно будут пастись репортеры. Так что иди в задницу, господин Марат как-тебя-там!
Я резко замолкаю. Мы сверлим друг друга взглядами, воздух между нами накаляется. Марат резко толкает меня на диван, открывает рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент со стороны слышится какой-то звук и детское:
— Мама!
О нет!
Дашенька стоит у входа в комнату, она очень пугливая девочка и боится незнакомых людей, поэтому не решается подойти ко мне.
Светлые кудряшки торчат в разные стороны после сна. Я на секунду представляю, что ему удастся отобрать ее у меня, и сердце разрывается на части от боли.
Я внимательно наблюдаю за реакцией мужчины, боюсь, что он сейчас схватит ребенка и сбежит, а еще понимаю, что это его первая встреча с дочерью, которую он так жаждет вдруг заполучить, поэтому слежу за каждым изменением на его лице. Но он лишь безразлично скользит взглядом по моей девочке, словно она не более чем предмет мебели в доме, а потом вновь поворачивается в мою сторону.
— Подпиши документы на отказ от ребенка, и мы больше никогда не увидимся.
— Нет, — рычу сквозь зубы, а потом за окном слышится, как во двор заезжает машина. Андрей вернулся, ну слава богу!
— Нет? – переспрашивает он, следя за тем, как из серого внедорожника выходит мой муж.
— Это мой ребенок, и я никому не позволю отобрать его у меня.
