Нарываюсь на жесткий блок, от которого сразу немеет рука. Правда, сорвавшееся при этом с моей руки пламя стало для него неприятным сюрпризом, и в комнате резко запахло паленой козлиной бородой. В ответ этот козлина рассердился и уронил на меня тяжелую люстру, что на миг сковала мои движения. Поэтому и защититься от прямого в голову я уже не смог. А после он обработал меня, как боксерскую грушу, отправив в нокдаун.
Тяжело рухнув на колено, я встряхнул головой и попытался подняться, но тут же прилетевший добивающий удар окончательно меня вырубил.
Пришел я в себя, судя по ощущениям, довольно быстро. С трудом сфокусировав глаза в одной точке и справившись с головокружением, я увидел, как этот гад спокойно гоняет мой чай, вольготно рассевшись в моём кресле! Причем, комната выглядит абсолютно целой. Если бы не Марра, застывшая жалким комочком в углу комнаты, я бы вообще подумал, что мне это привиделось. Хотя, нет, голова очень даже реально трещит. Знатно он меня приложил, боксер хренов.
Покряхтев, я дошел до кресла, потом, подумав, подхватил змейку и посадил ее к себе на колени.
Смутившись, она спрятала лицо у меня на груди, откуда тайком посматривала на невозмутимо жующего булочки Творца.
— Успокоился? — поинтересовался он, ненадолго оторвавшись от уничтожения запасов Марры. — А теперь слушай и внимай, что тебе умный че… к-хм, бог скажет. Сам пораскинь остатками своих мозгов — ну, получил ты ключи от трех царств, стал таким всем из себя важным. А ты подумал, что будет потом, когда вернутся старые боги? Думаешь, они захотят признать над собой главенство юнца? Перун стоял превыше всех, думаешь, он склонится перед тобой? А остальные боги, что пали и вернутся после этого? Не знал, что их можно оживить? Еще как можно.
Их сила никуда не делась, оставаясь связанной с эгрегором Земли. И Владыко трех царств, обретя власть, вполне может вернуть их к жизни. Можешь представить, какая грызня за Землю начнется, когда они вернутся? Зачем тебе один мир, когда для тебя открыта вся гроздь миров, лишенных защитников? У тебя есть редчайшая возможность подняться выше всех, а ты старательно пытаешься ее лишиться.
Привязавшись к одному миру, ты закроешь для себя все остальные.
— Так все эти испытания и превозмогания были зря? — ошарашено посмотрел я на него. То, что он сейчас сказал, рушило все мои планы, да что там планы, вообще все, к чему я стремился на данном этапе.
— Почему же зря? — удивился он. — Ты ведь обрел понимание силы, обрел единение с ней.
