Но оно уже выпило из него силы, и собственное тело ему не принадлежит. Он не может двигаться, все, что ему остается — только смотреть. Я не видел в его глазах раскаянья в содеянном, только страх. Что ж, он сам выбрал свою судьбу.
Крик растворяющегося эльфа, казалось, разорвал небеса. Мой шар уничтожал не только тело, но и душу. Он стирал его из реальности, выжигая все упоминания о нем в памяти мира. Его никогда не было, кольцо он не получал, потому что оно было уничтожено много тысяч лет назад. Он никогда не рождался, он не находил его части, он не был в академии — на моих невест напал кто-то другой.
И того, другого, убила стража. Его отец погиб в бою, а мать умерла, убитая мелким воришкой на базаре.
Я мял реальность под себя, стирая все упоминания о нем. Вот она, истинная сила бога — не повернуть время вспять, а изменить его потоки так, чтобы они потекли по другому руслу, при этом не затронув иных живущих. Мой мозг заработал подобно какому-то суперкомпьютеру, за доли секунды просчитывая все вероятности и корректируя их так, как надо было мне.
Устало я опустился на землю, чувствуя себя абсолютно выжатым. Все-таки эта магия силы жрет, как не в себя, и часто использовать ее не получится. Меня просто распылит за малейшую ошибку, да и нагрузки на организм просто запредельные.
Увидев, что мои сторонники уже добивают фанатиков, которых после моего удара осталось очень мало, я посмотрел в сторону храма. Его шпили, казалось, пронзали небо, стремясь куда-то ввысь. Развернувшись, я направился к нему, твердо собираясь его уничтожить.
Незаметно рядом со мной пристроился Бенедикт, покрытый засыхающей кровью. Сабрина, чуть отстав, шла позади нас, внимательно посматривая по сторонам. Так мы и двигались, не говоря друг другу ни слова.
К нам присоединялись все новые и новые люди, отовсюду слышались крики приветствия. К храму мы подошли уже огромной толпой. Возле входа нас встречали его жрецы в нарядных белоснежных одеждах. Они громко молились за победу над врагом и призывали кары на тех, кто отвернулся от Праматери всего живого.
Буквально на миг мы замерли напротив друг друга, а после толпа пришла в движение и подобно волне захлестнула тех, кого раньше боялась. В них полетели плетения, но люди будто не замечая гибнущих товарищей, только ускоряли бег, набирая ход. Послышались отчаянные крики, глухие звуки ударов, и через пару минут все было кончено. Когда они разошлись, я увидел растерзанные останки тех, что некогда мнили себя всемогущими.
