Всё же за три с лишним года, что я пробыла в маленьком провинциальном городишке, скрываясь от родственников, я успела привыкнуть к этому суровому месту. Здесь выживали только сильные духом люди, умеющие спокойно встречать превратности судьбы и вновь подниматься с гордо поднятой головой, как бы тебя жизнь ни сгибала.
Убегая подальше от пепелища, я не выбирала, где мне обосноваться. Я, словно одинокая волчица, гонимая кровожадными и жестокими охотниками, уходила всё дальше, пересекала одно графство за другим, пока не остановилась в Линвурде.
Обессиленно провалявшись несколько дней в номере единственной на весь город гостиницы, переведя дух после долгого путешествия по незнакомому мне миру, наконец выбралась из своего добровольного заточения, перепугав миссис Джун, кухарку ресторанчика, тёмными кругами под глазами, изнеможденным видом и жутким кашлем.
Дородная, с добродушным взглядом и ласковой улыбкой женщина в грубоватой манере решительно взялась приводить меня в порядок. Забрала в свой крошечный дом с тремя небольшими комнатками, маленькими окнами, скудной обстановкой и минимальным количеством вещей.
Выделила угол в самом тёплом и удобном месте, правда, в нём даже в солнечный день было темно и мрачно. И принялась меня лечить, отпаивая на редкость отвратительными на вкус отварами, растирая грудь вонючим жиром, беспрерывно причитая, какая я худенькая и бледненькая.
В этом сумрачном и неказистом домике, расположенном в конце длинной улицы у самого края бурной и грохочущей реки, проживали замечательные люди.
Муж Джун, мистер Корин — тощий как жердь, с залысиной на макушке, всегда с лукавым взглядом и озорной улыбкой. И два пятилетних, круглощёких, с вечно разорванными штанинами и разбитыми коленками сорванца-сынишки Тед и Хью. Именно там, в компании шумных и добрых людей, я наконец пришла в себя и осмотрелась…
— Мисс Алекс, через час будет короткая остановка, — тихий, с небольшой хрипотцой голос мистера Чарлза с трудом прорвался сквозь мои воспоминания, — не желаете немного отдохнуть от дороги и выпить чашку кофе?
— Да, с большим удовольствием, — рассеянно кивнула, успев заметить уже ставший мне привычным за неделю пути недоумённый взгляд моих первых, но не последних деловых партнёров.
Молодая, симпатичная, с милой улыбкой девушка, которая, по их мнению, давно должна быть замужем и растить минимум двоих детей, вдруг разговаривает на их языке, спорит, приводя весомые аргументы, против которых у матёрых дельцов нет возражений.
